Книга Альбигойский Крест. Сенешаль Каркассона, страница 149 – Виктор Бушмин

Комендант поклонился. Сенешаль понял, что первый акт этой комедии был сыгран как нельзя лучше, повернулся и пошел к себе в дом. Подходя к нему, Ги увидел слуг, которые прильнули к окнам. Он улыбнулся, заметив среди них сияющие глаза Марии. На мгновение, как показалось ему, Ги увидел бледное лицо Флоранс, мелькнувшее среди улыбающихся слуг, но не придал этому значения.

Войдя в дом, Ги на мгновение остановился и подумал:

«Женщина. Всем в Каркассоне руководит женщина. Но, кто это?..».

Он прошел мимо слуг, угодливо кланявшихся при встрече, взбежал на второй этаж и раскрыл двери своей комнаты.

Навстречу ему выбежала Мария, которая обняла его, прижавшись своим телом, и тихо прошептала:

— Слава Богу. Ты вернулся…

Ги взял ее за плечи и посмотрел в лицо женщине. Мария буквально светилась от счастья, по ее щекам, пылавшим, словно две пунцовые розы, текли слезы радости. Он улыбнулся, поцеловал ее заплаканные глаза и произнес:

— Не надо плакать. Я же вернулся…

Мария обиженно надула свои прелестные пухлые губки:

— Да, а сам сбежал от меня, словно ночной воришка, даже не попрощался…

Ги засмеялся, обнял и приник к ее губам долгим и жарким поцелуем. Они целовались, наслаждаясь встречей после долгой разлуки, позабыв обо всем на свете. Мир перестал существовать, исчез и растворился в этом долгом поцелуе. Звенящая тишина и покой наполняли их сердца.

Глаза Марии и сенешаля пересеклись, и в них Ги прочел огромную любовь, тоску разлуки и постоянные переживания о нем, любимом и единственном на всем свете мужчине. Огромный огненный вихрь проник в их тела, закружил головы и пронзил миллионами мелких иголочек, наполнив всепоглощающим и неуправляемым желанием. Ее нежные руки скользили по его спине и груди, ловко расстегивая гамбезон.

Резким движением он развернул Марию к себе спиной и толкнул ее на кровать. Мария со смехом уткнулась лицом в мягкую перину. Ги резким движением расстегнул ремешок штанов и, забросив пышные юбки Марии ей на голову, обнажил мягкие и округлые ягодицы женщины. Ее тело мелко подрагивало от предвкушения удовольствия этим сладостным мгновением близости. Рыцарь грубо и резко вошел в нее, Мария закричала от мимолетной и тут же улетевшей прочь боли, смешиваемой с невероятным удовольствием, охватывающим все тело и пронизывающим до кончиков волос.

Теплая волна, зародившаяся в недрах Марии, поднялась вверх вместе с потоком крови и закружила голову, унося в невероятный и удивительный мир, полный красок и ощущений, которые может понять только любящая и любимая женщина, сливающаяся с мужчиной в фантастическом порыве чувств…

Они лежали в объятьях друг друга, тела переплелись и застыли в невероятной по красоте и искренности позе. Грудь женщины высоко вздымалась, щеки пылали, а глаза, окруженные пушистыми длинными ресницами, были закрыты. Длинные и густые волосы Марии, словно невероятная по красоте волна, разметались по подушкам. Ги вдыхал упоительный и чарующий аромат ее тела и волос, задыхаясь от переполнявших его чувств. Несколько недель, которые он провел, постоянно смотря смерти и опасности в глаза, улетели, словно давний сон. Долгий и опасный путь отнял много нервных сил у рыцаря, и теперь, обняв любимую женщину, он наслаждался спокойствием, умиротворением, тишиной и любовью, словно измученный путник, приникший к прохладному источнику в пустыне, Ги, закрыв глаза, улыбался. Его силы восстанавливались – крепкий организм крестоносца, привыкший к тяготам войны, быстро приходил в себя, настраиваясь на относительно спокойный лад.