Онлайн книга «Альбигойский Крест. Сенешаль Каркассона»
|
— Приветствую вас, благородный граф Амори, и вас, монсеньор Ги! – С наигранной учтивостью произнес сенешаль, наблюдая за их реакцией. – Дела короны заставили меня спешно покинуть крепость и, не уведомив вас, отправиться в далекое и опасное путешествие… Граф молчал, а епископ, изобразив смирение на лице, ответил: — Слава Господу, что он даровал вам, сеньор Ги, везение и удачу! Мы искренне молили Господа и клали земные поклоны денно и нощно, лишь бы вы поскорее вернулись в Каркассон… — Что, мессир де Клэр вас замордовал? – Ги удивленно поднял брови. – Я с ним переговорю, обещаю вам. Впредь, мессир де Клэр будет более деликатен с вами… Это был тонкий намек на поддержку всех действий де Клэра и на то, что рыцарь будет всегда исполнять его обязанности в отсутствие сенешаля. Граф холодно кивнул в ответ, а епископ расплылся в омерзительной улыбке, которую он с большим трудом изобразил на своем лице. Ги понял, что пора переходить к более важным вопросам, чем мелкие препирательства с ними, и громко произнес: — Бог даровал нам великую победу над врагами церкви и его величества короля Филиппа Французского! Много катаров мы порубили в честном бою, возвеличив имя Господне на этой славной земле! Но, сеньоры, это еще не все! Сенешаль жестом приказал, чтобы повозка, где сидели Робер и Гуго, подъехала ближе. — Мы, с Божьей помощью, изловили двух важных катарских еретиков, которых привезли в этой повозке! Они будут содержаться в одной из башен цитадели под надежной охраной! Мы решили, что они обладают важными сведениями, которые помогут нам разбить еретиков и восславить имя Творца по всей Окситании! Рыцари восторженно приветствовали сенешаля. Они обступили повозку, охраняемую рыцарями из отряда де Марли, и пытались дотянуться до пленников. Граф Амори и епископ были среди толпы. Они с любопытством рассматривали две фигуры, укрытые черными балахонами. — После допросов мы передадим в руки церковного суда этих еретиков! – Слова сенешаля были адресованы епископу, который собрался уже открыть рот, чтобы что-то сказать. – Тогда уже будет ваше право! Но, до этого момента, они будут находиться в моем ведении, и распоряжаться их судьбами буду только я – королевский сенешаль Ги де Леви!.. Епископ что-то неразборчиво пробурчал себе под нос, но спорить с ним не стал. Граф резко развернулся и ушел к себе во дворец. Своим демонстративным актом сенешаль показал всем, что настоящим сеньором Каркассона является только король Франции, а не граф де Монфор. Амори быстро поднялся на второй этаж дворца и вошел в комнату своей матери Алисы, урожденной де Монморанси. Женщина молча смотрела в окно, где рыцари Ги де Леви ссаживались с коней, а толпа горожан с триумфом приветствовала крестоносцев. — Матушка! Нам нанесена ужасная пощечина! – Вскричал граф, протягивая руки к матери. Мне, все-таки, придется подать жалобу на действия сенешаля в королевскую курию! Своими наглыми действиями он грубо попирает наши права, дарованные ранее самим королем!.. — Замолчи! – Резко оборвала его мать. – Ты просто глупец! Ты не только не подашь жалобу в курию, а наоборот, напишешь на имя короля благодарственное письмо, где воспоешь «осанну» мессиру Ги де Леви и нашему кузену де Марли! Граф удивленно посмотрел на свою мать. Несмотря на свои пятьдесят лет, Алиса де Монморанси-Монфор все еще сохранила бодрость духа и проницательный ум. Она села в кресло и жестом подозвала сына, указывая ему на стул. Когда Амори сел, Алиса вздохнула и произнесла: |