Онлайн книга «Граф Таррагона»
|
Архиепископ покрылся пятнами от волнения, замешкался, но тут же собрался с силами и, напрягая связки, громко ответил: — Мы, Альфонсо, Божьей милостью и по воле Его святейшества папы Римского, король Арагона… – дальше шло долгое и длинное перечисление титулов и владений, – приветствуем тебя, граф Робер, и спрашиваем: готов ли ты стать нашим человеком за титулы и земли, которыми ты владеешь в Таррагоне? Готов ли ты, Робер, служить нам мечом и советом, исправно выполнять все приказы и поручения, готов ли ты выдавать свои крепости и замки по нашему требованию, готов ли ты копьем участвовать в нашем войске?.. Робер молча преклонил колени перед архиепископом и протянул к нему ладони, громко произнеся: — Я, Робер, становлюсь твоим человеком за земли, титулы и владения, что я владею в Таррагоне! Клянусь служить тебе, король Альфонсо, мечом, копьем и советом против всех врагов, живых и мертвых, мужеского и женского рода, за исключением христианского графа Барселоны Рамона Беранже и его потомков!.. Архиепископ молча кивнул и торжественно бросил меч на пол, он со звоном упал и остался лежать возле ног графа, потом, медленно подошел к коленопреклоненному Филиппу и, вложив его ладони в свои, поднял с колен, после чего троекратно поцеловал в уста, произнося: — Будь моим человеком, граф Робер Таррагонский! И пусть залогом и символом моей любви к тебе послужит этот щит, кой я навеки оставляю в этом дворце, дабы все видели, что отныне ты и твои дети будут находиться под моим скипетром и защитой от всех врагов, живых и мертвых, как заповедует нам Его святейшество папа Римский и христианская католическая вера!.. – Архиепископ выдохнул. Половина дела была сделана. – Подними сей меч и владей им, как владеешь отныне графством, Робер!.. Робер наклонился и поднял меч с пола, поднял его вверх и крикнул: — Сим мечом, дарованным мне его величеством королем Арагона Альфонсо я буду карать врагов и судить своих подданных! Отныне и до скончания веков! Аминь!.. Рыцарство и мусульманские военные вожди – вассалы графа шумно упали на колени и гулко произнесли: — Отныне и до скончания веков!!!.. Архиепископ поискал в толпе монаха-писца и кивком головы подозвал его. Тот, подбежал и, низко поклонившись, протянул ему два больших пергаментных свитка, скрепленных большими сургучными печатями короля Арагона, висевшими на красных шелковых лентах. Он развернул один из них и сказал, адресуя свои слова графу: — Готовы ли вы, ваша светлость, приложить свою гербовую печать на тексте оммажа? — Готов, и да поможет мне в этом Господь! – Филипп вынул свою печать и, дождавшись, когда к свитку прикрепят еще одну ленту с сургучом, приложил печать. Процедура оммажа завершилась. Теперь наступала часть торжественного обеда. Арнульф направился в топе гостей к выходу, когда кто-то резко взял его за рукав. Он обернулся и увидел сияющее лицо Хавьера, разодетого в парадный одежды. — Ба, дон Хавьер… – наигранно беспечно произнес англичанин. Сам же он вздрогнул и, как ни старался контролировать свои эмоции, сильно побледнел. – Какими судьбами?.. — Волею Всевышнего… – засмеялся альмогавар. – Да и по воле его светлости графа. Он желает видеть вас… — С-с-сейчас?.. – от волнения Арнульф не заметил, как стал заикаться. |