Книга Проклятие Гийома Завоевателя, страница 89 – Виктор Бушмин

Это был тонкий намек на далекое прошлое семьи де Лузиньян, уходившее своими корнями еще в эпоху Хлодвига Великого. Но Людовик, желая перевести разговор в другое русло, спросил:

— Мне тут рассказывали о каких-то ваших удивительных доспехах для рук и ног, что мы не удержались и решили посмотреть.

Лузиньяну было приятно услышать лестные слова в свой адрес, и он ответил:

— Слухи, сир, немного преувеличены. Просто, как-то копаясь, на досуге, я обнаружил в одной из старинных книг описание римских и греческих налокотников и наколенников из бронзы и меди. Поразмыслив немного, я попросил нашего оружейника, мэтра Бриоля из Пуатье, изготовить для меня комплект таких вот защитных пластин. – Он сделал знак своему оруженосцу, который быстро вытащил из палатки налокотники и наколенники. – Для удобства крепления, я попросил проделать вот эти дырки, чтобы кожаными ремешками связывать их для удобства ношения.

Людовик и Годфруа де Леви с нескрываемым интересом уставились на невиданные доселе доспехи. Годфруа де Лузиньян, видя как заинтересовались его доспехами пришедшие гости, стал разглагольствовать дальше:

— Единственное неудобство в них, это отсутствие самой защиты локтей и колен. Пока не домыслил, как их сделать.

Людовик покрутил в руках доспехи и сказал:

— Весьма недурно! Я тоже увлекаюсь всякого рода новшествами в военном деле.

— Слухи о Ваших новшествах разносятся, словно на крыльях!– Отпустил комплимент Лузиньян, намекая на арбалетчиков, посаженных на коней, сюркоты и шлемы-шапель.

— Спасибо, мессир де Лузиньян. Но мы сейчас пришли не за комплиментами и не для обмена куртуазными фразами. Я решил, зная ваш задиристый нрав, предложить присоединиться лично ко мне и отряду мессира де Леви, чтобы немного «пошалить» на землях графа де Руси. Как вы смотрите на это? Соглашайтесь… Это лучше, нежели сиднем просиживать в лагере или в осаде какого-нибудь замка! Добра, поговаривают, у Его светлости де Руси, накоплено много, позволю, всё, что сумеете захватить, оставить у себя.

Глаза Годфруа де Лузиньяна разгорелись. Он немного подумал и согласился:

— Если то, что Вы сказали, правда… Я согласен! Возьму с собой трех оруженосцев и двух рыцарей, если не возражаете…

Людовик повернулся к Годфруа де Леви и спросил:

— Вы не возражаете? Можно мессиру Лузиньяну взять с собой вышеуказанных воинов?

Годфруа поклонился и ответил:

— Конечно, сир. Это будет честь для меня…

Людовик непринужденно улыбнулся и, протянув Лузиньяну его доспехи, сказал:

— Заодно посмотрим ваши нововведения в бою. Завтра, нет, сегодня после полудня мы с мессиром Годфруа выступаем. Будем ждать вас за лагерем, в двух лье западнее. Убедительно прошу не поднимать излишнего шума и не привлекать ненужного внимания к отъезду.

Годфруа де Лузиньян поклонился и, дождавшись, когда принц и де Леви покинули его, сказал оруженосцам:

— Собираемся… Ведите себя тихо, берем больше вьючных лошадей, видимо будет отличный шанс поживиться!

Его интересовало только одно, неужели принца действительно так заинтересовали его железные «побрякушки» или было ещё что-то, о чем он пока не догадывался… Он почесал подбородок и стал наблюдать, как его слуги и воины занимаются снаряжением и имуществом…

Людовик и де Леви, причем принц возвращался в прекраснейшем настроении, направлялись к палаткам, где заканчивали свертывание лагеря рыцари и оруженосцы сотни де Леви. Принц весело насвистывал какую-то мелодию, мотив которой было трудно узнать, и иногда отмахивался веточкой от появившихся назойливых мух, вечных спутников скопления людей и животных.