Книга Пророчество Гийома Завоевателя, страница 50 – Виктор Бушмин

Филипп восстановил многие купальни, заброшенные или поломанные после смерти его матери, требовал соблюдение чистоты от своих подданных, тратил турские ливры на покупку масел, благовоний, ароматического мыла, привозимого из Византии или Испанских эмиратов. Его волосы всегда были чисто вымыты, расчесаны и подстрижены, одежда прекрасно сшита и подогнана по фигуре. Все это, казалось, возвышало короля над его вассалами, грубыми, грязными рыцарями одиннадцатого века.

Филипп, ко всему прочему, слыл достаточно образованным человеком для своего времени. Он бегло читал и говорил на латыни и по-гречески, франкских диалектах, читал и понимал язык германцев. Король Франции знал множество песен и стихов, причем, не грубой и военной рифмы, а утонченных переводов греческих, римских и арабских поэтов. Когда король Франции был в прекрасном расположении духа, что случалось с ним частенько, он являлся «душой» компании или самым желанным рассказчиком на званом обеде или ужине. Множество женских сердец трепетало, услышав проникновенные стихи, декламируемые королем. Его статная фигура, светлые и густые волосы, приятный голос, способный, если надо, грозно призывать на бой врага, вместе с ходившими о нем историями «амурных» побед, покоряли многие женские сердца.

Частенько можно было увидеть короля Филиппа, тайно пробирающимся в замок к прекрасной даме, ночью влезавшего на высокие балконы, за портьерами которых трепетали в предвкушении чувственной и страстной ночи женские и девичьи сердца.

Но, чем больше и чаще Филипп «побеждал» в сердечных битвах, тем мрачнее, циничнее и пустее становилось его сердце. Оно, если это уместно сравнить, покрывалось «коростой», твердело, сохло и умирало. Король старался найти свою единственную любовь. Любовь, способную, разом, перевернуть всю его жизнь, весь его внутренний мир, раскрасить его яркими и сочными красками жизни, страсти и чувств.

И, «призрак любви» не покидал его, заставляя с каждой новой встречей думать, что именно она – любовь. Любовь истинная, плотская и духовная, многогранная и простая…

Сегодня, 22 мая 1091 года, король Франции Филипп ехал в замок Шинон в гости к графу Фульку де Анжу по прозвищу «Глотка». Граф Фульк отмечал день рождения своего младшего сына Фулька Молодого, которому исполнился годик. Множество знатных соседей было приглашено графом на эти празднества.

Среди приглашенных гостей, это очень радовало Филиппа, был и сосед Фулька де Анжу, грозный герцог Аквитании и граф Пуату Гильом Песенник. О, этот человек достоин отдельного рассказа.

Филипп и Гильом Песенник, как-то сразу, практически не зная друг друга, сдружились между собой. Их знакомство было «шапочным», можно сказать – заочным. Гильом Песенник присутствовал на коронации Филиппа и похоронах его отца, посвятил несколько проникновенных сирвент Анне Киевской, чью былую красоту он не мог обойти стороной. Амурные подвиги Гильома Песенника во многом были схожи с «проделками» молодого короля Филиппа Французского, что тоже было удивительным.

Они оба были людьми, мягко говоря, не укладывающимися ни в какие рамки того времени. Их распутство превосходило всякую меру снисхождения строгой католической веры. Гильом Аквитанский, правда, обвораживал всех блеском своей личности, своими громкими подвигами в войне с испанскими сарацинами, более богатыми, обширными и значимыми владениями, нежели у короля Филиппа. К тому же, Гильом и Филипп были практически одного возраста – Гильом был старше короля Франции на каких-нибудь пять лет.