Книга Мое любимое чудовище, страница 33 – Элизабет Хойт

Аполлон занял одно из помещений за галереей, где когда-то музыканты, танцоры и актеры готовились к выступлениям. В свое новое жилище он принес соломенный матрас и пару стульев. Крышу заменил натянутый от угла до угла кусок брезента, который защищал от дождя и ветра. Обстановка получилась спартанской, зато здесь не было блох и клопов, то есть рай на земле по сравнению с Бедламом.

Аполлон забрал у сестры блокнот и написал: «Они живут в театре. Она актриса — Робин Гудфеллоу. Харт позволил ей пожить здесь некоторое время».

— Ты знаком с Робин Гудфеллоу? — На мгновение Артемис забыла о титуле и вновь превратилась в маленькую девочку, с благоговением взиравшую на конфету за полпенса.

Решив, что ему нужно побольше узнать об актерской карьере мисс Стамп, Аполлон осторожно кивнул, Артемис уже успела взять себя в руки.

— Насколько я помню, Робин Гудфеллоу довольно молода. Уверена, ей не больше тридцати.

Аполлон беззаботно пожал плечами, но, увы, сестра знала его уже очень давно и очень хорошо. Явно заинтересованная происходящим, она подалась вперед.

— И, должно быть, она очень остроумна, раз играет все эти очаровательные мужские роли…

Мужские роли? Это было весьма рискованно. Аполлон нахмурился, а его сестра продолжала болтать:

— Прошлой весной мы с кузиной Пенелопой видели ее в какой-то пьесе здесь, в «Хартс-Фолли». Как же она называлась? — Артемис задумчиво сдвинула брови, но потом покачала головой. — Впрочем, это не важно. Ты с ней говорил?

Аполлон многозначительно посмотрел на блокнот.

— Ты знаешь, что я имею в виду.

Однако Аполлон уклонился от правдивого ответа. «Мои обстоятельства не располагают к светским визитам вежливости».

Артемис скривила губы.

— Не глупи. Не можешь же ты скрываться вечно…

Аполлон скептически округлил глаза.

— Да, не можешь, — упрямо повторила сестра. — Ты должен найти способ жить своей жизнью. И если для этого тебе придется покинуть Лондон и уехать из Англии, значит, так тому и быть. А вот это, — указала она на навес, матрас и стулья, — не жизнь. Во всяком случае, не настоящая.

Схватив блокнот, Аполлон принялся яростно писать: «Что ты мне предлагаешь? Мне нужны деньги».

— Займи у Уэйкфилда.

Аполлон с усмешкой отвернулся. Менее всего ему хотелось бы оказаться в должниках у зятя.

Артемис упрямо повысила голос:

— Он с радостью даст тебе необходимую сумму. Уезжай. Отправляйся на континент или в одну из колоний. Люди короля не поедут за тобой в такую даль, да и вообще никуда, если ты возьмешь другое имя.

Оглянувшись на сестру, Аполлон зло написал: «Предлагаешь мне отказаться от собственного имени?»

— Да, если потребуется. — Она всегда была такой смелой, его сестра, такой решительной. — Не хотела тебе говорить, но мне кажется, за мной следят.

Аполлон с тревогой посмотрел на нее. «Сегодня? За тобой шли до самого этого места?»

— Нет. — Она покачала головой. — В другие дни, когда я приходила тебя навестить. Пару раз мне показалось, что за мной кто-то идет, мужчина. — Артемис поморщилась. — Хотя, возможно, просто померещилось.

Аполлон нахмурился.

— Не смотри на меня так! Я не была в этом уверена. Ну как ты не понимаешь? Если за мной следили и твое убежище будет обнаружено… Послушай, тебе нельзя здесь оставаться. Ты должен покинуть это место, вообще уехать из Англии, ради своей же собственной безопасности.