Книга Мое любимое чудовище, страница 133 – Элизабет Хойт

Уэйкфилд выпрямился.

— Монтгомери был вынужден стрелять в Росса, чтобы спасти жизнь мисс Гудфеллоу. Я представлю суду полный отчет и лично займусь этим делом. К несчастью, он как особа титулованная вряд ли будет арестован, но скандал, связанный с попыткой убийства самой известной лондонской актрисы может сделать временное проживание за границей весьма заманчивой перспективой. Что же касается Грейвса…

— Это он убил тех людей, — подала голос Лили из объятий Аполлона. — Я абсолютно в этом уверена, только никак доказать не могу.

— Нет, я не убивал! — очень неубедительно прохрипел Грейвс.

— Что касается этого, — откашлялся Тревельон, — я взял на себя смелость задержать камердинера Вэнса после того, как вы покинули дом. Монтгомери сообщил мне, что вы узнали его, лорд Килбурн. Судя по всему, Вэнс состоял на службе у Джорджа Грейвса еще до того, как попал в дом к его отцу. Когда я прижал его к стенке, сообщив, что его видели в таверне в ночь убийства, он стал весьма разговорчивым.

— Что? — воскликнул Джордж.

— Вам следовало нанимать на службу кого поумнее, мистер Грейвс, — холодно заметил Тревельон. — А этот сразу поверил, будто у меня достаточно доказательств, чтобы отправить его на виселицу, и на удивление быстро во всем сознался. И, поскольку вы платили ему не слишком щедро, он не прочь отомстить. Вэнс при свидетелях заявил, что вы наняли его убить друзей лорда Килбурна, а убийство повесить на него.

— Это неправда! — прошептал Грейвс.

— Боюсь, ваш отец тоже услышал это признание, и с ним случился удар, — тихо добавил Тревельон.

— Мой дядя ничего не знал? — уточнил Аполлон.

Тревельон покачал головой.

— Думаю, нет. Когда я уезжал из Грейвс-Хауса, его уложили в постель и послали за доктором, но говорят, что он вряд ли оправится.

Джордж грязно выругался, разбрызгивая кровавые слюни, и гневно посмотрел на Аполлона.

— Ты не должен был стать наследником, твоя кровь испорчена. Если бы Брайтмур не вмешался, тебя наверняка повесили бы, вместо того чтобы отправить в Бедлам. Все знают, что ты сумасшедший. Все! Мне надо было убить тебя самому, а не нанимать Вэнса.

— Ну вот и хорошо: теперь у нас есть ваше признание, сделанное в присутствии двух герцогов, — мягко произнес Тревельон.

Капитан наклонился, поднимая Грейвса на ноги, дабы положить конец его ругательствам, и на лице его отразилось удовлетворение.

Уэйкфилд сурово кивнул и повернулся к Аполлону:

— Думаю, у нас получится вернуть вам доброе имя: на это понадобится несколько дней. Артемис будет очень рада, да и мне больше не придется беспокоиться, не тяжело ли ей таскать вам корзины с провизией.

— Я рад, что в вашей жизни наконец воцарилось спокойствие, — сухо заметил Аполлон и обратился к Лили: — Не хочешь взглянуть, как Индио и Нарцисска поладили с собаками моей сестры?

Лили кивнула, и, взявшись за руки, они пошли к выходу.

Было очень поздно — далеко за полночь, — когда Лили наконец отправилась спать. Ее встреча с Индио получилась весьма сумбурной из-за четырех собак герцога — двух левреток, глупого спаниеля и пожилой белой болонки, — к которым Нарцисска отнеслась как к большим игрушкам. Состоялось довольно напряженное знакомство с сестрой Аполлона: ведь она, какой бы милой ни казалась, все же герцогиня. Затем Лили оказалась в роскошной ванной, потом с аппетитом поужинала вместе с обитателями дома жареной уткой с молодой морковью.