Книга Мое любимое чудовище, страница 132 – Элизабет Хойт

— А, Килбурн, к вам вернулся голос, — протянул Уэйкфилд. — Жаль, но, полагаю, моя жена будет в восторге. А это кто такой? — кивнул он в сторону Монтгомери.

Герцог отвесил шутовской поклон, не выпуская из рук пистолета.

— Позвольте представиться: Валентайн Нейпир, герцог Монтгомери. А вы — Уэйкфилд, верно?

Герцог вскинул бровь.

— Верно. — Он повернулся к Аполлону. — Мне сказали, вам нужна помощь, но, похоже, все обошлось.

— Если бы вы явились вовремя… — начала Лили, гневно взглянув на Эдвина.

— В меня стреляли, — простонал лежавший на земле Росс.

Джордж просто завывал.

Уэйкфилд очень медленно повернулся к барону и мягко проговорил:

— Лорд Росс, полагаю? В данный момент с вашим сыном от первого брака играет моя жена. Она очень привязалась к мальчику, так что мои поздравления: ребенок жив и здоров. Надеюсь, вы рады, обнаружив потерянного наследника?

Губы Росса скривились, и Аполлон пожалел, что Монтгомери не прицелился лучше.

— В таком случае я заберу его. В конце концов, это мой сын.

— Не думаю, — тихо возразил Уэйкфилд. — Я слышал довольно печальную историю о судьбе его матери из уст двух добропорядочных граждан. Если вы предпочитаете, чтобы я не вдавался в подробности этого дела — и я действительно думаю, что так и будет, — то лучше вам никогда больше не пытаться увидеть своего наследника.

На мгновение показалось, что Росс вот-вот расплачется, но Аполлон не мог найти в себе сил ему посочувствовать.

— Слава богу, все закончилось! — воскликнул Эдвин Стамп, резко опускаясь на обугленное бревно. — Знаешь, Лили, меня едва не хватил удар, когда я получил твою записку.

Аполлон сдвинул брови.

— Какую записку?

— Ту, что я успела передать одному из лакеев, когда покидала Грейвс-Хаус вместе с Джорджем. Мне оставалось только надеяться, что Эдвин поймет, как надо действовать. — Лили удивленно посмотрела на брата. — и он понял, только вот опоздал.

Эдвин скромно потупился, зато Аполлон нахмурился:

— Не понимаю. Джордж поймал тебя после моего побега?

Лили кивнула.

— И держал на мушке всю дорогу, пока ехали в Лондон.

У Аполлона едва не остановилось сердце. Ему стоило бы догадаться, что он подвергнет Лили опасности.

— Прости, любовь моя: я не должен был тебя там оставлять.

Лили покачала головой:

— Ты же не предполагал, что он способен на такое. К тому же если бы ты остался, то уже оказался бы в Бедламе. Тебе нужно было бежать.

Аполлон поморщился, все еще не в силах освободиться от чувства вины: ведь все могло сложиться гораздо хуже.

— Значит, ты передала брату записку с указанием отправиться за помощью к Тревельону?

— И к твоей сестре, — добавила Лили. — Ведь она герцогиня, вот я и подумала, что хуже не будет.

Тревельон откашлялся.

— Я решил, что его светлость в данном случае будет нам более полезен.

— Тогда скажи на милость, почему ты бросилась на Джорджа, если ждала подмогу? — спросил Аполлон.

— Но ведь их не было, а он мог тебя застрелить. — Лили положила руки ему на грудь. — Мало ли что у него в голове?

Горло сдавило спазмом, и он молча обнял любимую еще крепче.

Кто-то рядом многозначительно кашлянул, но Аполлон не обратил на это внимания.

Эдвин легонько пнул Джорджа Грейвса, теперь тихонько постанывавшего, перевел взгляд на Росса и поморщился:

— А что с этими?