Книга Незримые тени, страница 117 – Дея Нира

Но сделать так означало подвергнуть себя насмешкам, унизить ее и поставить в невыгодное положение.

Ночью накануне София не могла сомкнуть глаз.

Впервые она думала не о самом Антонии, а о той, с кем он проводил большую часть своего времени. София понимала о ком идет речь. Как-то она видела Ханну, но не обратила на нее внимания, потому что не рассматривала в качестве соперницы. Та показалась ей довольно неприметной и молчаливой.

И этот факт сводил с ума. Она не могла понять, почему Антоний выбрал себе в любовницы подобное ничтожество, когда у него есть такая жена? И в беспрестанных рассуждениях пришла к выводу, что он сделал это нарочно, чтобы позлить ее, унизить. Софии и в голову не могло прийти, что муж мог устать и захотеть не страсти и огня, а тишины и покоя.

Нет! Ее Антоний, каким она его знала, носил ее на руках, целовал землю под ее ногами. Ночью и днем принадлежал ей телом и душой. Она же помнит, как он смотрел на нее, будто помешанный или заговоренный. Сколько подарков ей подарил, сколько сказал особенных слов…

Нет. Это все неспроста.

И что плохого в том, что она поддерживала их страсть своей силой? Что плохого в ее женской сущности? В ней сосредоточена сама мощь природы. Она знала как способна воздействовать на других, и будет полной дурой, если позволит другим показывать на себя пальцем.

Что и говорить, все они не стоят ее. А вот Антоний принадлежит ей. Пусть муж временно нашел утешение в чужих объятиях, она вернет его себе.

Ближе к полудню София вошла в женский клуб.

Она увидела Майю и нескольких хороших знакомых. Обменявшись любезностями, они заняли круглый стол у окна.

Как и положено, беседа началась с обсуждения погоды и здоровья. Лишь после этого разговор плавно перешел в иное русло. Можно было обсудить мужей в рамках дозволенного, воспитание детей.

София с напускной веселостью говорила обо всем подряд, чтобы ни у кого не возникло мысли, будто она страдает.

Она не могла позволить, чтобы подруги заподозрили, будто измена мужа способна вывести ее из равновесия. Это знал лишь Деметрий, но его не было здесь. После того как он отказался помочь ей, София решила действовать самостоятельно. У нее и самой хватит сил, чтобы пройти подобное испытание.

В привычной обстановке молодая женщина несколько успокоилась. Самых злостных сплетниц сегодня не оказалось в клубе, а если бы они и были, София ни за что бы не показала им, будто встревожена или огорчена. Нет, такого удовольствия она им точно не доставит.

Солнце приятно грело сквозь большие окна, на подоконниках стояли цветы. Подруги открыто улыбались, даря некоторую поддержку, в которой она нуждалась, хотя никогда бы не признала этого.

Беспокойство пройдет, и жизнь снова заиграет яркими красками.

София хотела ответить на вопрос Майи и тут заметила, что на лице той отразилось беспокойство. Над столом, залитым солнечными лучами, повисла тягостная пауза. Атмосфера непринужденности испарилась. И София, еще не обернувшись, обо всем догадалась.

— Она пришла, – пробормотала Майя, искусственно растягивая губы в улыбке.

София инстинктивно выпрямилась. Подбородок приподнялся вверх. Ничто в ее облике не выдало волнения, лишь на щеках вспыхнул воинственный румянец.

— Идет сюда, – продолжала Майя, делая вид, что смотрит в другую сторону. София напряглась, словно сжатая пружина. Все в ней так и заклокотало.