Онлайн книга «Святочный сон»
|
Что же происходит в их доме? Отчего муж сделался безучастным, чужим? Или он так наказывает Сашеньку за ее минутное увлечение Дювалем? Однако она вполне освободилась от этой слабости и уже почти без трепета ловит сочувственный и восхищенный взгляд молодого учителя. И ее вовсе не трогает его задумчивость и мрачность в последние дни. Даже не хочется узнать, что происходит с ним, отчего он так переменился. — Что ты, мать, уснула? - сердитый окрик Марьи Власьевны вывел Сашеньку из сомнамбулизма. — Мне дурно, - Александра Петровна прижала пальцы к вискам. Ее бледность была, наконец, замечена присутствующими. — Да ты и впрямь больна? - переполошилась Аргамакова. - Володюшка, ее надобно уложить! Мартынов нахмурился: — Пустяки! Дамские штучки, каприз. Прекрасные глаза его жены наполнились слезами. Она поднялась: — Я оставлю вас. Биби шумно, но вполне искренне захлопотала: — Я доведу тебя до постели, mon amiе! Она подала Сашеньке руку, на которую та с благодарностью оперлась. У бедняжки темнело в глазах, и слезы невольно катились по щекам. Ей не хотелось, чтобы Владимир видел эти слезы. Покидая гостиную, Сашенька слышала, как Марья Власьевна выговаривает ему: — Ты в своем уме, сударь? Уразумей: жена твоя не притвора и не кокетка, как эта вот вертихвостка! Варвара Михайловна помогла подруге устроиться на постели и вызвала Дашу, чтобы та принесла гофмановых капель. — Отчего ты плачешь, Александрин? - встревожено вопрошала Биби, помогая подруге ослабить шнуровку. - У тебя болит голова? — Оставь, Биби, мне надобно отдохнуть. Я посплю... Она отвернулась к стене и затихла. Варвара Михайловна на цыпочках вышла из комнаты. Даша так и не решилась войти и подать капель, а Сашенька не позвала ее. Бедняжка утопала в слезах. Непонятная жестокость и равнодушие Владимира больно ранили ее. Когда, в какой момент между ними пролегла эта пропасть, через которую никак не переступить? Сашенька силилась вспомнить, когда же муж сделался холодным, отчужденным. С появлением в доме Биби? Нет. Когда Биби поселилась в доме, он, напротив, повеселел и вышел из кабинетного затворничества. Стало быть, с появлением Дюваля... Да, в памяти Владимира ожила обида, нанесенная Сашенькой давно, десять лет назад, когда она так легкомысленно увлеклась Петрушей Коншиным. Молодой учитель напомнил об этом, невольно расшевелил затянувшуюся рану. Что говорить, между супругами всегда существовала некая таинственная связь, позволяющая чувствовать друг друга даже на расстоянии. Как только душевный покой жены был нарушен, Владимир тотчас ощутил ее смятение. Не нужно было ни слов, ни объяснений. Да, да, именно тогда он и отдалился. Всякий день трещина в их отношениях лишь росла. Сашенька очутилась в полном одиночестве. Соне она не могла довериться. Кузина так благоразумна, добродетельна, к тому же обожает Владимира, вряд ли она поймет сложные метания Сашеньки. Варвара Михайловна поняла бы, но ей почему-то вовсе не хотелось плакаться. Кокетство Биби доходило до грани благопристойности, она не оставляла своим вниманием ни Владимира, ни Дюваля. Говорить с ней об этом все равно, что носить воду в решете. Биби действует инстинктивно, не думая. Услышав упреки, она наверняка удивится и будет уверять в своей полной невинности. Может статься, на уме у нее действительно ничего дурного нет, это сама женская суть Биби обольщает, соблазняет, манит. Да Бог с ней. |