Книга Триктрак, страница 66 – Ольга Болгова

Я замолчала, понимая, что захожу далеко. С какой стати посторонний человек, сиделка, станет рыться и показывать мне, ещё более постороннему человеку, семейные фотографии? Но я могла задать другой вопрос.

— Извините за… — тщетно попыталась вспомнить слово «назойливость», не слишком верно заменила его на «глупость», — но кто вас нанимал на работу? Не сама же миссис Клей?

— Разумеется, нет, я заменила её прежнюю сиделку.

Я кивнула, разглядывая комнату — казалось, что она находится вне реального мира: эти сухие букеты на стенах, старая мебель, хрупкая фигура слепой старухи, завернутой в шаль, как в кокон, сердитая сиделка — и всё это плавало в удушающем аромате трав.

— Пойду, извините меня, — я поднялась со стула, стараясь дышать пореже.

Настаивать и рассказывать о причинах, что привели меня сюда, не имело смысла. Джеймса здесь явно не было. Сиделка вскочила, внезапно проявив заинтересованность, видимо, все-таки сработал синдром английской вежливости.

— Зачем же вы приходили?

— Э-э-э… видите ли, я знакомая мистера Монтгомери, и мне сказали, что здесь живет его мать.

— О! — она помолчала, вздохнула и сказала:

— Выпейте чаю, сейчас я принесу. Посидите, пожалуйста.

Я не успела ни отказаться, ни согласиться, как сиделка с неожиданной для её тяжеловатой фигуры лёгкостью упорхнула из гостиной, оставив меня наедине с фарфоровой фигурой старухи. Я осторожно приблизилась к ней. Она смотрела перед собой и что-то шептала, чуть шевеля подкрашенными губами, сухие руки с длинными пальцами покоились на крупном узоре белой вязаной шали. Печальная картина увядания. Голос сиделки и звяканье посуды отвлекли от созерцания старости. Тонкие до полупрозрачности фарфоровые чашки на таких же блюдцах, украшенные картинками из старинной жизни — не чета разнокалиберным кружкам на кухне Джеймса — красовались на сервировочном столике, который сиделка вкатила в гостиную. Она разлила чай из столь же очаровательного чайника, предложила печенье, и я, размякнув от всей этой одурманивающей английскости, попробовала чай, оказавшийся терпким, мятно-горьковатым на вкус. После нескольких глотков стало легче, головокружение уменьшилось, я даже попробовала печенье.

— Вам нравится наш чай? — поинтересовалась сиделка. — Я завариваю его с травами…

По все видимости, она перечислила названия, но этих слов в моем запасе не было.

— Да, спасибо, очень вкусно. Это вы увлекаетесь травами?

— Да, эти ароматы успокаивают, леди чувствует себя лучше, спокойнее, — она кивнула, беря толстыми пальцами чашку — казалось, ненароком раздавит эту хрупкую вещь. Золотисто-красноватый напиток просвечивал сквозь тонкую фарфоровую стенку, сквозь тщательно выписанную на ней даму в пышном викторианском платье с кринолином. Опять закружилась голова, и потяжелели веки, словно невидимая сила надавила на них. Я допила чай, слушая, как сиделка рассказывает о чудодейственной силе трав, которые её сестра выращивает на своей ферме. Гостиная мутнела и расплывалась, голос собеседницы отдалялся, словно уши медленно закладывало ватой. Я ухватилась за край сервировочного стола и услышала испуганный возглас сиделки:

— Что с вами, мэм?

Перед глазами расплывалось светлое пятно, которое с каждой секундой приобретало резкость, будто невидимая рука настраивала объектив, пока я не поняла, что это потолок. Под головой оказалась подушка, а сама я лежала, укрытая вязаной шалью — надеюсь не с плеч миссис Клей — на чем-то узком и жестком, оказавшемся деревянным диванчиком. Я уснула или потеряла сознание? Села, разлепляя упорно закрывающиеся глаза. Через пару минут, осмотревшись, обнаружила, что нахожусь в маленькой узкой комнате, скорее похожей на кладовую, с оконцем наверху, откуда и падал свет на потолок. Встала, убедившись, что способна держать равновесие, толкнула дверь и попала в уже знакомую гостиную. От запаха трав снова сдавило горло и я, проскочив комнату, вылетела, точнее, выползла в прихожую. Где сиделка? Что случилось со мной? Посмотрев на часы, с ужасом обнаружила, что опоздала на встречу с Кадогеном Раскиным. Что делать — молча ждать или звать сиделку, хотя я даже не знаю её имени? К счастью, ждать и звать не пришлось, раздались шаги, и она появилась на ступеньках лестницы, спускаясь со второго этажа.