Книга Триктрак, страница 115 – Ольга Болгова

В гостиной на диване возлежала тощая полосатая кошка. Она лениво повернулась в мою сторону и зевнула, демонстрируя то ли приветствие, то ли отвращение.

— Располагайтесь, — сказал Нейтан, стряхивая капли с волос.

Любопытно, куда он задевал свою нелепую шляпу?

— Сейчас приготовлю чай, и мы поговорим, а потом я уеду, а вы отдыхайте. Можете прилечь здесь, на диване.

Ложиться на диван не стала, но заботу оценила, как и подушку, которую он откуда-то притащил. Приятно, когда за тобой ухаживает мужчина, это невероятно расслабляет и лишает, между прочим, бдительности. Пила чай, прислонившись к инспекторской подушке, рядом устроилась кошка по имени Кошка. Её хозяин сидел напротив, прихлебывая скотч, от порции которого я благоразумно отказалась, и говорил, время от времени отвлекаясь на телефонные звонки.

— Миссис Хоуп была сиделкой в доме миссис Клей, мачехи Монтгомери, второй жены его отца. Она уехала в Истборн, после того как дом перешел по наследству к её пасынку.

— Но меня встретила другая женщина… А миссис Клей? Мне показалось тогда, что она ничего вокруг не понимает… не воспринимает. Хотя, я там позорно уснула, надышавшись трав. Или меня опоили.

— Другая, она заменила Хоуп, — сказал Нейтан. — Миссис Клей перестала узнавать родственников и знакомых, но начала рассказывать о некой шкатулке, в которой хранится очень дорогая вещь. Якобы шкатулка эта, backgammon, находится в доме Монтгомери. Эту историю слышал и он, но посчитал фантазиями, поскольку не помнил, чтобы в доме когда-нибудь имелась подобная вещь.

— Может, он не хотел говорить об этом?

— Вполне возможно, — согласился инспектор. — Но Хоуп настолько поверила рассказам старухи, что поставила на кон всё.

— Там в подвале… она требовала у Монтгомери отдать ей эту шкатулку? — спросила я.

— Да. Но ничего не добилась. То ли он на самом деле никогда не видел этой шкатулки, то ли не признался.

«Даже под пытками», — хотела добавить я, но не смогла вспомнить нужное слово.

Волна воды и ветра изо всех своих разрушительных сил ударила в окно — так, что загудели, задребезжали стекла в решетчатой раме.

— И что вы думаете обо всём этом? — спросила я, глядя, как дождевые струи текут по стеклам, спотыкаясь о переборки решётки.

— Я могу думать, что угодно, но моя работа требует фактов. По сути, здесь заканчивается официальное расследование. Похитители задержаны, человек спасён. Все остальное — частная жизнь семьи Монтгомери.

Шторм вновь шарахнул ливнем по стеклам, но уже с меньшим упорством.

— Хотите выпить? — спросил Нейтан.

— Хочу, — согласилась я на этот раз.

Не знаю, насколько алкоголь помогает при сотрясении мозга — сомнительного рода лечение, но на меня глоток крепкого скотча подействовал вполне положительно. «Нужно срочно написать письмо дочери, — подумала я, — сообщить, что со мной всё в порядке, и что пока не знаю, когда вернусь, но скоро. Дождусь возвращения Джеймса из больницы, помогу, чем сумею, и уеду домой».

— Можно отправить письмо с вашего компьютера? — спросила я. — Мне нужно написать дочери, домой.

— С моего компьютера? Но у меня его нет. У вас есть дочь? — спросил инспектор таким тоном, словно интересовался, имеется ли у меня боевое оружие.

— Да, и довольно взрослая. А у вас? Есть дети?

— Сын, тоже довольно взрослый. Он живет в Штатах, работает там.