Книга Никто не виноват, страница 55 – Салтанат Бодыкова

— Что- о- о? Он, что…

— Да. И не раз.

— Вот сука, гнида мерзотная, — и чуть успокоившись, с надеждой спросил, — а это точно, ведь Лаура говорила, что он просто пытался.

— Как видишь, даже умирая, Ляка не смогла произнести вслух эту мерзость.

— Фарида, наверно, хотела сдать его в полицию.

— Она взяла огромный нож, чтобы прирезать его, а он ее задушил.

— Откуда ты об этом знаешь?

— Он сам мне сказал. Я все расскажу подробно, дождемся Константина. Позови Бека, мойте руки, давайте чай пить.

Не успели они сесть за стол, как хлопнула входная дверь, с веранды послышались тяжелые шаги. Константин рокочущим баритоном огласил о своем приходе, подхватил кинувшегося к нему Бека, пронес его на кухню, спустил на пол, вытащил из карману гоночную машинку и круглую погремушку и отдал, радостно скачущему, мальчишке. Поздоровался за руку с Айдаром, подошел к Дине и — она опомниться не успела — закружил ее.

— Как же круто, сестренка, что ты дома, а не в темнице сырой. По какому поводу чаепитие, — получив от Дины затрещину и сев за стол, спросил он.

— У Дины есть новости.

— Угощайтесь, разговоры потом.

Ход настенных часов заполнил гнетущую тишину.

— Тебе тяжело говорить?

— Очень, иначе давно бы устроила этот вечер откровений. Итак, я начну. Когда вы примчались в отделение спасать меня, я поняла, что у вас сложилось неверное представление о ситуации: ленивые полицейские схватили, кто под руку попался и хотят упечь в каталажку невиновного человека.

— Разве не так?

— Вот этого я и боялась, — вздохнула Дина и продолжила, — сразу раскрою карты: я убийца и когда меня арестовали за казнь педофилов, мне стало легче. Правосудие торжествует! Ну что ж, начну.

Рассказ Дины

В то раннее буднее утро Дина по настоятельной просьбе отца окольными путями направлялась к дому его старого друга, для того чтобы вернуть ему охотничье оружие.

Справа от центральной дороги, расстилался пустырь, с годами заросший травой. Песчаная дорожка, пересекающая, стихийно образовавшееся, поле, метров через пятьдесят делала резкий поворот, огибая небольшой лесной островок из кленов и берез, а за ним, вдалеке видны ряды многоэтажек, в глубине которых прятались улочки из частных домов.

Именно, потому что, Дина стремилась всячески избежать встречи с сотрудниками правоохранительных органов, она и не поехала на автобусе, а пошла пешком, почти налегке, если не считать маленькой сумочки на плече и спортивной сумки в руках. У поворота ей пришлось замедлить свой пеший ход, с трассы спустилась и неспеша катила огромная черная машина — что понадобилось владельцу дорогой иномарки в этой глуши, променявшему гладкий асфальт цвета морской волны на пыльную, скорее широкую, тропу, чем дорогу. И нет причин отвлекаться от движения, но водитель громко сигналил, призывая ее остановиться.

Дина не разбиралась в марках машин, но приближающееся авто точно было ей знакомо. Когда облако пыли улеглось, из стоящей машины наружу выбрался мужчина, он развел свои ручищи в стороны и широко улыбаясь воскликнул.

— А я еду и думаю, что это за козочка по степи скачет. Смотрю, а это ты.

— Я вам не козочка, так что честь имею!

— О! Я и забыл, что ты у нас заноза с гонором. Только я, вот что подъехал, нехорошо получается, я, значит, к тебе всей душой, в дом пустил, а ты роешь и копаешь под меня. Целую кампанию развернула, свору баб из опеки на меня натравила, единственную дочку решила отобрать. Это как называется?