Книга Младший брат, страница 46 – Салтанат Бодыкова

В ее оправдание можно сказать, что ни словом, ни взглядом не выдала она своего чувства к Канабеку. Да и вообще, относилась к Ажар, скорее как к младшей сестренке, чем, как к снохе. Опекала, «прикрывала» перед свекровью как могла, даже испытывала что-то, вроде обиды за нее, когда заподозрила в супружеской неверности Канабека.

Милая, добрая Ажар…Не было в ней ни капли той лицемерной зависти, которой часто грешат молодые женщины. Она искренне восхищалась красотой своей абысын и как данность свыше воспринимала свою невзрачность. А когда, оторопевшая от таких слов, Жумабике поспешила убедить ее, что она неправа, непринужденно заметила:

— Какая же вы добрая, апай. Другая на вашем месте, давно возгордилась бы, а вы так ласковы со мной, как мама.

Жумабике любила Ажар как родную и свою любовь к Канабеку считала предательством по отношению к ней, но ничего с этим поделать не могла.

Айнабек же, на радость, Жумабике, обращался с Ажар по-отечески и даже, когда подшучивал над ней, как это принято в общении между деверем и снохой, делал это по-доброму. Услышав как-то, как Айнабек отчитывает младшего брата за непочтение к жене, Жумабике прониклась к своему мужу еще большим уважением.

И его было за что уважать: пытливый ум, общительность, искрометные шутки, добрый нрав, вот неполный список качеств, которым обладал Айнабек. Его за это можно было полюбить…

Но не любила его Жумабике, ее передергивало от отвращения, едва муж касался ее.

На сторонний взгляд, обычная казахская семья, каких тысячи. А на самом деле… Айнабек любит Жумабике, Жумабике любит Канабека, Ажар любит Канабека, и Канабек… не любит никого.

Но любовь — это не застывшая лава, а скорее ручей или цветок, которым для жизни нужны особые условия.

Любовь это чувство и как всякое чувство, оно преходяще. Любовь не может надоесть, но можно устать от равнодушия любимого и Жумабикe в последнее время, все чаще ловила себя на мысли о какой-то своей невостребованности, как женщины.

Она отдала себя всю, выгребла душу до дна и преподнесла ее в дар любимому мужчине, но он ее не принял этой любви. Безответность чувства опустошила ее, и Жумабике до дрожи в пальцах, вдруг захотелось быть обласканной теплым взглядом любящего мужчины. Захотелось великодушно принимать чью-то любовь, не страдая от чужого равнодушия, почувствовать себя нужной, любимой кем-то.

Тем более, что долго искать подходящего кандидата в воздыхатели ей не придется. Вот так, право войти в ее жизнь, получил Шалкар.

Его робкие попытки развлечь ее шутливым разговором при встречах, прожигающий взгляд карих глаз и прочие атрибуты ухаживания до недавнего времени оставляли Жумабике равнодушной.

Теперь этот парень, то скачущий мимо на черногривом коне, то машущий рукой, проезжая на тракторе, все чаще стал занимать ее мысли. Когда он уехал на две недели в город, почувствовала нечто, вроде пустоты в груди, будто солнце скрылось за тучами и нет привычного тепла.

Поэтому сегодня при встрече, а встретит его она обязательно, Жумабике не будет, по обыкновению, хмуриться и недовольно отворачиваться, а тепло улыбнется влюбленному юноше и выслушает его наконец-то. А там, если не покарает ее Аллах за такие мысли, возможно узнает счастье быть любимой.

Переделав все дела по дому, Жумабике отправилась к знакомой, живущей на другом конце аула, рассчитывая по пути встретить Шалкара, но наткнулась на него, едва отошла от дома.