Книга Операция «Рагнарёк», страница 408 – Андрей Журавлев, Ольга Сословская

Перед самым восходом в комнату к Крису, уже забравшемуся под одеяло, заглянул Войцех.

— Она очень красивая, — улыбнулся он, присаживаясь на обитый красным бархатом стул напротив постели Криса, — волнуешься?

— Не знаю, — задумчиво протянул Крис, — наверное. Это… Ну, как встретить приятеля, в чьей смерти ты был уверен, через много лет, и обнаружить, что он не только жив, но даже почти не изменился. Хочется говорить и говорить. Рассказать, как ты провел эти годы, и выслушать его историю. И, может быть, это даже важнее, вместе вспоминать прошлое. «Помнишь как?.. Да, а ты помнишь?...» Словно вновь возвращаешься в свою юность. Вот только… Это «почти». Оно ведь только снаружи. А внутри – кто его знает? Мы все изменились. Я – так точно.

— За те семьдесят лет, что мы знакомы, не особенно, — возразил Войцех.

— Это потому, что ты познакомился со мной там, где не имело значения, кто из нас граф, а кто пастух, — парировал Крис, — и солома из волос у меня к тому времени уже почти выпала. А потом…

Он тепло улыбнулся.

— Я никогда не говорил тебе. Но именно твои неизменные цитаты по любому поводу натолкнули меня на мысль, что недостаточно научиться бегло читать и освоить школьные истины. Если бы не ты, мне бы и в голову не пришло учиться на старости лет.

— Какие твои годы, — рассмеялся Войцех, — мальчишка ты, капитан, сэр.

Он задумался, а Крис молчал, ожидая, пока Войцех снова заговорит.

— Кажется, я тебя понял, — тихо произнес Шемет, — она тоже училась. И мы не знаем, у кого и чему. Отдыхай, дружище. Боюсь, у тебя завтра будет непростая ночь. Хотя… Возможно…

— Не думаю, — отрезал Крис, — но спасибо, что зашел. Спокойной ночи.

— Ночь уже кончается, — усмехнулся Войцех, — а меня еще ждет жена. И мне это, черт побери, нравится.

95. Аламо-Сквер. Сан-Франциско. Войцех

Войцех проснулся задолго до заката. Мелисенты рядом не было, и Шемет выскочил из-под одеяла, словно по побудке. Но не успел он натянуть на себя брюки, как девушка вошла в комнату, открыв дверь спиной. В руках у нее был поднос с кофе и бутербродами, которые она стянула с кухни, решив, что Диззи не посчитает это покушением на его личную территорию. Войцех перевел дух, обругал себя последним идиотом и отправился в душ. Когда он вышел, Мелисента уже прикончила пару бутербродов и, как благонравная девочка, взялась за учебники.

Войцех окинул ее довольным взглядом и снова забрался на кровать, открыв нетбук и намереваясь заняться делами. Внезапная мысль озарила его, и он обернулся к юной жене.

— Потом доучишь, прекрасная моя, — он поманил ее к себе, — иди сюда.

— Когда «потом»? – Мелисента оторвалась от книги и покачала головой. — Вот завалю математику, ты со мной потом будешь разговаривать, как с несмышленой дурочкой.

— Иди-иди. Я как раз собирался с тобой математикой позаниматься, — подмигнул Войцех.

Мелисента села рядом, стараясь ненароком не коснуться его обнаженного плеча, и заглянула в монитор.

— Ого… — протянула она, — я догадывалась, что у тебя куча денег, но даже не представляла, какая огромная.

— Это не куча, — серьезно возразил Войцех, — это совершенно определенная сумма. И это теперь наши деньги, а не мои. У тебя есть полное право знать, что с ними происходит, откуда они берутся и куда идут. И я думаю, что тебе пора начать с этим разбираться.