Книга Операция «Рагнарёк», страница 177 – Андрей Журавлев, Ольга Сословская

Все участники событий были уже в сборе. Приехали на двух машинах, причем, как вышло «совершенно случайно», разделившись на мальчиков и девочек. Вовремя, поскольку стоило Маше завести машину, как у Делии зазвонил телефон, и хотя на нем высветился номер Моники, но в трубке раздался негромкий голос Войцеха, счастливый, теплый и безмерно благодарный за столь широко понятое обещание помочь Мелисенте. Делия тут же поделилась новостями с подругами. О своем разговоре с Кадиром Войцех их предупредить забыл, и Тильда высказала опасения, что дела идут, хоть и прекрасно, но не настолько, как хотелось бы. Делия и Маша шикнули на нее хором. Девушки еще днем обсудили этот вопрос, и пришли к решению поставить зарвавшегося Шерифа на место. Мелисента, не побоявшаяся ночью отправиться в голодную пасть любимого, единогласным решением была принята в клуб. Мнения мужчин по этому поводу никто спрашивать не собирался.

Кэтти они оставили на попечение Вандервейдена. Примоген Малкавиан мастерски владел всеми видами ментальных дисциплин, и ему не составило особого труда внушить девушке самые веселые и жизнерадостные воспоминания о прекрасно проведенном в компании Тильды вечере. Вкупе с расчищенными от любопытствующих аллеями и отведенной от места происшествия полицией это означало, что за ними долг. Но платить его предстояло, как обычно, Фьялару, о чем он недовольным тоном и сообщил Делии, встретившей его виноватым поцелуем в краешек бороды.

После недолгих переговоров шепотом с Вэйнврайтом, Фьялар и на этот раз взял дело на себя. Каждый из присутствующих имел в этом деле собственный интерес, а некоторые и сложившиеся годами предубеждения против Магов. Тремере вообще вели с Орденом Гермеса многовековую войну, поскольку некогда были его неотъемлемой частью. Поэтому Фьялар, сбросивший на стул косуху, так что кобура Смит-Вессона под мышкой выглянула на всеобщее обозрение, сверкнул сталью из под нахмуренных бровей, представился пленнику, чтобы не оставлять никаких сомнений в серьезности происходящего, и оседлав стул перед диваном, где связанный по рукам и ногам маг сидел в изрядно неудобной позе, начал допрос.

Зелатора* Ордена звали Джузеппе Чиурелли, и следить за Тильдой его послал Магистр местной Ложи. Орден заметил пробуждение новой, ни на что прежде не похожей, магии довольно поздно, всего пару месяцев назад. Тильду, увивающуюся вокруг рок-музыкантов, вместо того, чтобы рваться к своему куску пирога власти над миром, решено было припугнуть и заставить доносить Ордену за развитием событий. Магистр Ложи, отдавший приказ, не сомневался, что новоявленных волшебников легко удастся приструнить и обратить их детские игры на благо древней традиции. О том, что за спинами детишек могут оказаться вампиры, в Ордене не догадывались. Зато у Магистра были серьезные подозрения, что новые источники могут быть связаны с усилившейся активностью фейри. Все чаще Маги наталкивались на следы Грезы и отблески Гламура – врожденного волшебства, которое позволяло пробудившимся Подменышам творить свое странное, малопонятное человеческому уму, колдовство.

Делия сдержала слово и подтвердила, что о связи Тильды с Капеллой пленник ничего не знал. Это, впрочем, не означало, что его начальство столь же несведуще в этом вопросе. Вэйнврайт остыл от точки сноса крышки котла перегретым паром до мерного кипения, но к жалобным всхлипам Чиурелли отнесся с философским безразличием, объявив так вовремя подвернувшегося под руку зелатора собственностью Клана и сырьем для магических экспериментов. Фьялар склонен был согласиться с Регентом, но Делия, относившаяся с особой настороженностью ко всему, что касалось контактов с Адами, заинтересовалась руттеркином, появившимся из портала. Подобный призыв явно выходил за пределы магических возможностей Чиурелли, и ответ легко нашелся. Кольцо с печатью Соломона, уже пустое и бесполезное. По словам пленника, он получил его в качестве страховки на крайний случай, и первая же опасность показалась ему достойным поводом воспользоваться магическим кольцом.