Книга Хранитель сокровищ, страница 143 – Дебра Дайер

— Увы, моя прекрасная леди, я уже и не надеялся. Вы отказались скрасить своим присутствием мое бренное существование!

— Мне искренне жаль ту несчастную, что согласится за тебя пойти. — Взяв Дуайта под руку, Элизабет повернулась к Эшу. Он в упор смотрел на нее злыми, холодными глазами. Ее осенила догадка: Эш ревнует, и мысленно уже поставил на ней свое клеймо.

Элизабет одарила Дуайта самой нежной улыбкой. «Пусть этот невыносимый человек испытает настоящие муки ревности», — подумала она о муже.

— Позвольте мне вас познакомить, — заговорила Элизабет. — Энджелстоун, это твой кузен, — лорд Дуайт Тревелиан, виконт Уикэм. Он старший сын племянника Марлоу Бертрама, известного еще, как граф Клэйборн.

Дуайт переводил взгляд с Эша на портрет Эмори Тревелиана и обратно.

— Как вы похожи! Наверное, ты и в самом деле воскрес, — выговорил, наконец, он.

— Со стороны виднее, — ответил Эш, настороженно посматривая на кузена.

— Подумать только! Сколько лет прошло с тех пор, как мы играли вместе, Энджелстоун. — Высокий, светловолосый и стройный, Дуайт, грациозно ступая, подошел к окну и остановился. — Я помню, Лабиринт был твоим самым любимым местом для игр. Мы вели там потрясающие сражения. И, конечно же, хозяином замка всегда был ты, хотя я и на год старше. Королем всегда был ты.

Эш нахмурился. Слова кузена пробудили в нем воспоминания. «Дай Бог, чтобы Эш хоть что-нибудь припомнил», — молилась Элизабет.

Что-то неясное шевельнулось в укромном уголке души, где хранились забытые воспоминания. Ему казалось, что он стоит в темной пещере и один неверный шаг может лишить его жизни.

Дракон будет охранять мои сокровища.

Память дразнила, но манящий свет тут же гас, когда он пытался к нему приблизиться. На лбу от напряжения выступила испарина.

Повернувшись к Эшу, Дуайт снова спросил:

— Я слышал, тебя воспитали индейцы. Это правда?

— Меня спас человек из индейского племени, — спокойно ответил он.

— Впервые слышу, чтоб дикари спасали жизнь белому человеку, — слова Дуайта прозвучали скептически.

— Ты ведь ничего не знаешь об этих людях, потому так и удивляешься, — отозвался Эш, стараясь не взорваться.

— Что же такого интересного я о них не знаю? — презрительно усмехнулся Дуайт. — Эти дикари немногим лучше животных. Всю жизнь только и делают, что охотятся на невинных белых людей. Видишь, они даже не пощадили твоих родителей.

— Людям из этого племени приходилось защищать свою землю от захватчиков. Они просто отстаивают свой жизненный уклад, — невозмутимо ответил Эш. — Когда белые решили прочно обосноваться в их местах, индейцы хотели только одного — мира и возможности спокойно жить на маленьком клочочке земли, что даровал им Бог. Но белые восприняли эти условия в штыки. Правительство без конца нарушало соглашения, отбирая у несчастных все больше и больше земель, пока совсем не оставило их с пустыми руками. Дуайт задумчиво, потер подбородок.

— Ты говоришь так, словно дикари, — самые близкие тебе люди, — заметил он.

— А хорошо было бы, если лишить тебя дома, семьи и всего самого дорогого и близкого? — спросил Эш.

— В этом случае я встал бы на защиту того, что принадлежит мне по праву, — ответил кузен, сверля Эша холодным взглядом.

Эш хорошо знал людей и сразу мог определить, кто из них чего стоит.