Книга Айк Дикий, страница 26 – Таня Толчин

После сытной обеденной трапезы Айк решил немного прогуляться по территории своей крепости, к тому же день выдался тёплый и ясный, так и хотелось подставить лицо под ласковые лучи майского тёплого солнца. Граф окинул взором деревянную постройку монастыря, отметив, что крышу нужно подлатать, а со временем и крыло достроить, чтоб служителям Бога было просторнее…

Айк вдохнул с наслаждением весенний воздух, предаваясь своим мыслям. Сколько же всего хотелось усовершенствовать и достроить на своих землях… Нужна ещё одна каменоломня, да и кузня бы не помешала… Граф хотел вымостить камнем аллеи на территории крепости, чтоб в дождливое время ногами грязь не месить, а под зарешетченым окном своих покоев он велит насадить деревьев и кустов роз.

Айк до конца своей жизни будет помнить тот день, когда Его Величество лично вручил ему грамоту на передачу земли из бокленда, так званого типа земельного держания государства. А также молодой воин был удостоен графского титула и теперь он не просто керл, свободный крестьянин, а королевский тэн и приближённый самого Эгберта.

В голову то и дело лезли беспокойные мысли о делах государственных, в частности о волнениях корнуэльских бриттов на юге и их возможности объединения с викингами, а для королевства это довольно серьёзная угроза. Но войны войнами, а сын Его Величества Этельвульф то и дело намекает о необходимости договорного брака, уж несколько партий предлагалось. Среди них и племянница Энреда, правителя Нортумбрии, который недавно заключил мир с Эгбертом, их армии вышли на поле боя, но так и не сражались. Северное королевство признало власть Уэссекса. А что касается женитьбы, Айк и не особо спешил, его вполне удовлетворяла свободная жизнь и Эйлит под боком, а брачные узы, да ещё и с нелюбимой… Дополнительные проблемы и обязанности.

Задумчивый Айк направлялся в сторону конюшен, из глубоких дум его вырвал заливистый девичий смех. Медные косы Эрны, словно языки пламени граф ещё узрел издалека, он замер, наблюдая за девушкой. Рядом с ней стоял Гаррик и видимо они о чём-то оживлённо беседовали, Айк толком их не слышал, парень заботливо взял из её рук сноп соломы.

— Гаррик, а девица у тебя есть? — полюбопытствовала Эрна. — Гляжу, ты всё один да один… Вот, Сан на тебя поглядывает, не зря постоянно еду вам таскает… Пригляделся бы…

— Да погляди на меня, Эрна, — конюх печально вздохнул, указывая пальцем на изуродованную шрамами щеку. — В детстве с мальчишками подрался да клинком резанули, а потом сюда же и кипяток на себя вылил… — он усмехнулся с грустью. — Да и кто же на такого «красавца» теперь взглянет? Сан? А зачем ей конюх-то? От неё пшеничными лепёшками пахнет, а от меня навозом смердит!

— Ой, не говори глупости, Гаррик! Навоз-то можно отмыть, это грязную душу ни кипятком, ни золой не отчистишь… А на счёт шрамов, так они украшают мужчин! Где ты видал воинов без шрамов? — Эрна тепло по-дружески улыбнулась парню, коснувшись кончиками пальцев его изуродованной щеки.

«К конюху клинья подбивает, может уже и лежала под ним…» — подумал Айк, наблюдавший за ними со стороны. Он поневоле ощутил странную, клокочущую ярость, поднимающуюся с самых глубин души… Какой же пронзительный и звонкий у девицы смех, словно ручеёк, вот только с нежностью она взирает на этого конюха и в изумрудных очах нет ненависти, сейчас они словно искрятся добротой и заботой! Айк поневоле захотел, чтоб Эрна так смотрела на него, без этой дикой злобы… Граф сжал пальцы в кулаки, неужели ревность? Ведь Айку чуждо было это чувство, он привык, что девицы сами искали его внимания и многие не прочь бы и оказаться на его ложе… Но не она… Эрна скорее предпочла бы смерть или грязную работу… И даже сейчас она выглядит счастливой и радостной, взирая на этого конюха!