Книга Просто Марго, страница 101 – Елена Скаммакка дель Мурго

— Хорошо, товарищ второй секретарь горкома, мы вам обещаем во всем тщательно и объективно разобраться. И не спешить с выводами, – заверили его работники органов внутренних дел.

Объявив во всесоюзный розыск черного дельца Ираклия, НВД нашло его в соседней Армении, успешно затем доставив его в батумский изолятор. Там он во всем сразу признался, хотя и попытался внушить следствию, что сама идея продавать картины за границу принадлежала не ему, а Дмитрию Савулиди, а он, дескать, лишь ее исполнитель. Но на очной ставке все окончательно выяснилось.

Суд приговорил Ираклия и его подельника матроса Макарова к десяти годам заключения, а Дмитрию Савулиди дали три года условно, доказав, что преступники использовали художника «вслепую».

Весь город обмывал косточки, после этого позорного случая, семье Савулиди. В школе, где преподавала Александра, ее коллеги-учителя между уроками перешептывались, нехорошо поглядывая в ее сторону. Но она старалась не обращать на это никого внимания, проходя мимо них с высоко поднятой головой.

Самого второго секретаря горкома, Василия Дмитриевича Савулиди, строго отчитали на открытом партсобрании в присутстви первых секретарей обкома и горкома партии. Как же так получилось, дорогой товарищ Василий, что ты недоглядел за своим сыном?! В том, что с ним случилось, есть и твоя вина. Некоторые особенно ретивые и злобные подхалимы предлагали снять Савулиди с занимаемой должности и даже исключить его из партии. Хотя ближе к концу собрания общий тон участвующих смягчился, признав, что в жизни может всякое случиться, ведь парень у Савулиди вырос в целом неплохой, только доверчивый слишком, но за это разве можно казнить? Помиловать надо. Ломать судьбу молодому человеку жестоко, к тому же, он свой урок уже получил и, без сомнения, в будущем будет с людьми более осторожен и разборчив.

После всего случившегося Дмитрий стыдился выходить на улицу, не хотел показываться перед людьми, в глазах которых, как ему казалось, он читал только позор и осуждение.

Поэтому матери приходилось каждый день самой приносить ему еду.

— Бедный наш мальчик! Он такой талантливый, но почему ему так не везет, почему судьба так неблагосклонна к нему? Василий, нужно срочно что-то делать, Димка не выходит из дома, не хочет ни с кем разговаривать и видеть никого, кроме нас, тоже не желает, так недолго и заболеть серьезно! Вся жизнь его с этой проклятой историей пошла под откос! Теперь точно никто не будет у него заказывать портреты и покупать его картины! А знаешь, что это для него значит?! – Александра не хотела произносить это страшное слово – «смерть», муж и без того все прекрасно понял.

— Дорогая моя, любимая женушка, – нежно взяв ее горячую и немного влажную от волнения ладонь в свою, Василий смотрел на нее все тем же пылким и влюбленным взглядом, как будто и не прошло этих долгих двадцати трех лет. – Я по-прежнему очень люблю тебя! И тоже очень переживаю за нашего сына! Дня не проходит, чтобы я не думал о Димке! – неожиданно для нее муж признался ей в любви. Давненько же он этого ей не говорил!

— Да что с тобой, Василий? Ты что такой сегодня лирический?

— А что, разве тебе неприятно это услышать вновь?

— Очень приятно, но просто думаю, не последует ли после этого что-то негативное?