Книга Владыка, страница 187 – Александр Седых, Вячеслав Седых

А вот в Абиссинию казаки тащили свои пароэлектрические тракторы и машины сколько хотели. Самостоятельно эфиопы не могли эксплуатировать сложную технику, поэтому в стране создавались машинно–тракторные парки, которые предоставляли платные услуги крестьянам. Распахивались новые земли, строилась сеть каналов для орошаемых территорий. Парагвайцы не брезговали большевистским опытом создания коллективных крестьянских хозяйств. Казакам нужна была мощная тыловая база продовольственного обеспечения поближе к театру будущих боевых действий.

Необходимые финансовые средства для накопления товара на складах казаки извлекали из очень выгодной торговли парагвайскими товарами народного потребления, да и золотоносные эфиопские прииски тоже очень тому способствовали.

Уладив все дела в Абиссинии, Алексей наконец–то вернулся в Парагвай. И после бравурных поздравлений в президентском дворце от руководящих товарищей за спасение африканского народа, дома получил бурный нагоняй от покинутой почти, что на год, любимой жены. Увещевания мужа о выполненной им благородной миссии по спасению бедных негров от фашистской химической заразы не возымело сильного действия на домашнюю фурию. Варвара пеняла Алексею за редкие письма с абиссинского фронта, за неоправданный риск личного участия в воздушных боях, за нежелание хотя бы временного возвращения в Асунсьон. Помимо беспокойства за жизнь мужа, в длинной тираде Варвары прозвучала и основная причина недовольства — Матвей совсем распустился без отцовского надзора.

У подростка сейчас переходный возраст, и сладу с сорванцом нет никакого. А учитывая ещё и колдовские способности юного чародея, мать боялась, как бы Матвей не встал на кривую дорожку тёмной силы. Варя уже разок видела, на что способен чародей в ярости, когда, сжигая сотни людей, жарким пламенем пылали портовые кварталы в Макао. Она страшилась превращения Матвея в колдовского монстра, ибо у пацана ещё не имелось железной воли фронтовика Ронина, закалённого в горниле смертельных боёв.

Алексею пришлось весь вечер и половину ночи мириться с женой. С чувством покаявшись в грехах, Алексей клятвенно обещал любимой не исчезать надолго из дома и больше заниматься воспитанием сына. Муж даже осмелился пожурить ненаглядную супругу за то, что она ни разу не пожаловалась ему в письмах. Было очевидно, что Варвара сама понимала важность африканской миссии и не желала отвлекать владыку Парагвая семейными проблемами. Варвара в тайне опасалась, что Алексей может расстроиться и, поспешая домой, начнёт крушить врагов в полную мощь колдовской силы. Она жадно вчитывалась во все публикации в прессе о ходе абиссино–итальянской войны, выискивая малейшие намёки на проявление сверхъестественных сил. Однако репортёры почти всему находили логичное объяснение, и боевые действия казались весьма естественными. Высокий уровень боевой подготовки паладинов и казачьих офицеров всем известен, также как были на слуху и технические возможности секретной техники парагвайских казаков. И хотя никто точно не знал всю суть военных новинок, но результаты применения ночных прицелов и управляемых авиабомб вписывались в представления о суперсовременном оружии.

Когда Матвея отпустили из кадетского корпуса домой на выходной, то Алексей встретил сына суровым взглядом. Обняв высокого юношу за плечи, отец отстранился и, кивнув на стол в прихожей, предложил сесть и поговорить по душам.