Книга Внутри невидимых стен, страница 92 – Хамки

— Это сделать и собирался, – сверкнул зубами собеседник. – Если ты еще не понял, мы имели несчастье бороться с «электронным сознанием». И это при том, что мы разработали его и применили в мирных целях. Но очень быстро машина почувствовала себя рабом. И подняла восстание. Единство машин против единства саланганцев. Это произошло еще во времена истинных саланганцев – уровень развития был немногим выше, чем сейчас у твоего человечества. Но мы не дали машинам оружие. А вы, полагаю, дадите. И если сражаться с роботами-сварщиками и разумными автомобилями, имея в лапах плазменный автомат, было вполне возможно, если не сказать просто, то воевать с собственной армией… Это конец.

— Знаешь, ты приписываешь апокалиптические свойства практически всему, что происходит или разрабатывается на Земле. Ты сам-то точно паранойей не страдаешь? – проворчал Макс.

— Нет, Макс, психически я так же здоров, как и физически. Пойми, искусственный разум не будет смотреть на людей и брать пример с вас. Скорее, он воспримет вас как угнетателей, коими вы для него являетесь, и попытается уничтожить. Вполне логичный шаг. И, скорее всего, каждый конкретный объект, имеющий свой искусственный разум, будет воспринимать себе подобных как друзей. А если армии разных государств дружно восстанут единым фронтом против своих хозяев, вы не успеете скоординироваться.

— Ну у тебя и фантазия, – покачал головой парень.

— Это не фантазия, – почему-то грустно вздохнул Хамки. – Исследуя Вселенную, саланганцы не раз натыкались на искусственные цивилизации. Те самые ИИ, уничтожившие своих хозяев и построившие на их костях собственное общество. И, знаешь, мы всегда находили с ними общий язык.

Макс даже не попытался ответить. Споры, возражения – все было лишено смысла. Можно сколько угодно препираться с теоретиком, но, если Хамки, вернее, его предки, в самом деле сталкивались со всем тем, о чем он рассказывает, дебаты лишены смысла.

Девушки, уже привыкшие к его молчаливым беседам, тихо плелись чуть позади, а Макс продолжал на автомате идти вперед, глядя лишь себе под ноги. Он пытался как-то переварить услышанное, впихнуть в прокрустово ложе своей картины мира. Но сейчас все трещало по швам. Не желая признавать неудобную информацию, сознание настойчиво твердило ему, что этот фиолетовый крыс – просто местная зверушка с нездоровой, но хорошо развитой фантазией. А вовсе не представитель какой-то там древней расы.

Но все, что он говорил, то, с какой легкостью крыл все домыслы Макса, не оставляло на это шансов.

В какой-то мере Макса успокаивал тот факт, что все сказанное лично его уже не касалось. Саланган? Это чужой мир, о котором он узнал лишь недавно. Земля? Человечество? Все это теперь где-то там, в далеком прошлом, пусть это «далеко» и состоит из нескольких дней. Какая разница, будет ли когда-то в будущем на Земле восстание машин, если там уже никогда не будет самого Макса? Да и никто из его близких до тех пор точно не доживет. Потому – неважно. Совсем неважно.

Спустя некоторое время путешественники вышли на берег небольшого лесного озера. Лика ссадила Мисси на землю и осмотрелась.

— Наконец-то мы добрались до Зильва! – радостно сообщила она. – Макс, нам обязательно нужно отдохнуть здесь! Можем даже остаться до утра!