Книга Внутри невидимых стен, страница 109 – Хамки

— Ну как же так, – заныла она. – Алсара, чем я провинилась перед тобой?!

— Это не день странный, а ты, – поправил Макс. – Убивать Лику, которую ты «боготворишь». Да и сосала ты на редкость вдохновенно.

Парень усмехнулся, не слишком заботясь о реакции Эйки.

— Макс, это все медузы…

— Да-а, медузы… – с ухмылкой произнес в сознании Макса голос Хамки.

— Хомяк, исчезни и не подслушивай! Не с тобой говорят!

— Да ушел, ушел. Воркуйте.

— Я без ума от всех умари. Так воспитывают всех Обреченных дочерей – кодекс велит нам чтить и любить наших жертв, словно те приближенные к богам. Лишь через признание их превосходства над нами, их совершенства, мы приходим к пониманию, что нам нужно переступить грань невозможного, пойти против божественного, чтобы одолеть их. Но произошедшее на озере было… неправильным. И мне пришлось срочно исполнять мою миссию, поэтому я поторопилась с убийством и… – она все так же выглядела расстроенной и потерянной. – И вот.

Оба замолчали. Продолжать беседу дальше смысла не было. Эйка находилась в ступоре, да и хоть немного поспать нужно было обоим. И если раньше Макс ожидал подвоха, потому что видел всю наигранность ее поведения, то сейчас чутье говорило, что она не врет. Эйка, в самом деле, готова отвечать за свои слова и придерживаться данной клятвы.

— Ну, свою роль ты отыграла неплохо, в конце концов, никто тебя ни в чем не заподозрил. У меня были сомнения, но… – начал Макс, но вовремя заткнулся, решив, что лучше не сообщать ей о том, что он все же выпил отравленную воду. Пусть лучше она думает, что парень осознанно избежал ее ловушки.

— Макс, тогда, пожалуйста, сохрани мою тайну. Пусть остальные и дальше считают меня баронессой. Им же будет лучше – в ордене не оставляют в живых тех, кто узнал личность кого-то из Обреченных.

— Договорились, – кивнул Макс. – Можешь дальше ломать свою комедию, а я возражать не стану. Но в остальном без фокусов!

— Я поняла.

— И скажи еще вот что. Вельга настоящая аристократка, но она не заметила в твоем поведении никаких странностей. Неужели ты настолько хорошо осведомлена о происходящем на Зелирии и повадках местной знати, хоть, как и говоришь, жила в закрытом обществе ордена?

— Да! – гордо воскликнула Эйка. – Я была лучшей ученицей! Я действительно много знаю о Зелирии и великолепно сражаюсь. Кстати, я немного улучшила свой маскировочный плащ-платье, ускорив смену облика почти вдвое. Именно поэтому мне доверили Эциола и Люцию. Это кинжалы, выкованные одним из сильнейших Обреченных, Терренсом Незаметным, – ее глаза испуганно округлились. – Ой. Я-я опять проболталась.

Макс со стоном закатил глаза.

— А, ты ведь обещал меня не выдавать, – облегченно рассмеялась Эйка. – Смотри!

Резким движением она извлекла из складок платья два достаточно длинных кинжала и протянула их Максу, развернув лезвиями к себе.

— Это наш девиз! – провозгласила она.

Парень пялился на рукояти клинков, покрытые какой-то неизвестной ему вязью символов. Хоть Хамки и изменил его мозг, дав возможность понимать речь других существ, читать на местном языке это не помогло.

— Э… – растерялся он. – А что здесь написано?

— Макс! – удивленно вздохнула Эйка, округлив свои разноцветные глаза. – Ты что, неграмотный?

— Эм, ну…

— На одном написано: «Маскировка. Аккуратность. Контроль. Скорость», – словно из ниоткуда сообщил Хамки.