Книга Последняя Ветрожея, страница 96 – Дженнифер Адам

Однако чем дольше она разглядывала статую, тем полнее казалось сходство. Лицо было старше, чем её собственное, с более твёрдым подбородком и высокими скулами. Зато нос, разрез глаз, изгиб губ… всё это были её черты.

Она смотрела так долго, что казалось, ещё чуть-чуть и лицо придёт в движение.

Рисси сказала, что в разрушенном Храме она узнает правду о себе, но что эта мраморная жрица говорила о ней? Что могла помнить Агата, та старуха на судилище у цитадели?

Что Тише так отчаянно хотела показать Бриде, что не убоялась ни Ворон, ни Гончих, лишь бы привести её сюда?

— Брида? – снова окликнул приглушённый голос.

В следующее мгновение Медведь, Кости и Тише протиснулись в нишу.

— Ты в порядке? – спросил Кости.

Брида кивнула, но невольно покосилась на мраморную фигуру.

Тише подошла к ней и взяла её за руку.

«Кто это? – хотела спросить Брида. – Ты знаешь, почему я похожа на неё?»

Ни один из них не был удивлён сходству, и тогда она вспомнила, как Кости сказал:

— Я тоже заметил.

Брида повернулась к Тише:

— Что это значит?

Тише встала на цыпочки и, вытянувшись в струнку, коснулась щеки статуи. Затем она легонько провела кончиками пальцев по щеке Бриды.

— Да, я знаю, что похожа на неё. Но почему?

Тише мягко провела её в обход колонны в ещё один сводчатый грот.

Сначала он показался ей пустым, но потом Брида заметила тусклый отблеск краски на стенах. Подойдя ближе, она обнаружила серию изразцовых мозаик. Каждая, похоже, рассказывала свою историю.

Тише указала на первую, подталкивая Бриду вперёд.

Брида восполнила достаточно сил, чтобы дохнуть на ладонь и вызвать голубой шар-светлячок. Он залил пространство бледным водянистым светом.

На первом мозаичном панно были изображены три молодые девушки со спутанными волосами – серебристыми, тёмно-каштановыми и цвета воронова крыла, – которые развевались у них за спиной, как разорванные знамёна; они подходят к старухе, стоящей на краю обрыва. За её спиной простираются орлиные крылья.

Брида узнала истории, рассказанные Голосом в День поминания.

Это три сестры на Маревых скалах за мгновение до того, как одна из них отрежет волосы и попытается связать Ветрожею. Прежде чем Ветрожея превратится в орлицу и улетит.

Это был последний день, когда колесо времён года вращалось так, как должно, не вкось и не в противоход, не слишком медленно и не слишком быстро, хотя никто этого ещё не знал.

На следующей мозаике была изображена молодая женщина с волосами, заплетёнными в косы под короной из бутонов роз и лент. Она одета в простое белое платье, расшитое по подолу цветами, а в руках она держит тонкий ивовый прут, украшенный лентами и крохотными золотыми бубенцами. В углу высится роща деревьев, и среди стволов ждёт мужчина. На голове его сверкает золотая корона, а на холмах вдали горят костры.

Это было похоже на традиционное празднование Белтейна, о котором Брида слышала. Хотя королева Мойра запретила его, некоторые города до сих пор втайне приветствовали весну, соблюдая старые обычаи.

Юную деву выбирали олицетворением духа земли, души Великой Матери. Она избирала себе юношу-консорта, и в ходе священного ритуала пара благословляла землю на плодородие в новом году. Считалось, что дети, рождённые от таких союзов, приносят удачу.

Наклонившись вперёд, Брида поднесла свой светящийся шар к поверхности цветных плиток.