Книга Щепотка пороха на горсть земли, страница 116 – Дарья Кузнецова

— Тебе не за что извиняться, — перебил ее мужчина. — Ты не можешь влиять на его слова и поступки и тем более не можешь за них отвечать. В конце концов, как-то же полиция ловит преступников безо всяких ведьм, шаманов и прочей бесовщины. Надо поговорить с Милохиным, ружье ему показать. И каким-нибудь старым охотникам из его завсегдатаев, вдруг кто опознает? Все же не столько их в городе, чтобы был такой, о котором никто не слышал. Тем более из старых.

— А если мы ошиблись и он достаточно молод? — осторожно спросила Анна.

— Все равно есть шанс, что ружье узнают и хоть скажут, кому оно принадлежало раньше. А это немало, это шанс выйти на нового владельца. Жаль, конечно, что он не оставил на ружье какой-нибудь примечательной метки, было бы очень любезно с его стороны…

Путь до города прошел спокойно. Анна поначалу еще переживала, но вскоре почти успокоилась, видя, что Дмитрий и правда не злится. Но все равно неприятный мутный осадок от неоконченного разговора никуда не делся. Оставалось надеяться, что скоро все вопросы разрешатся — и общественный, с поиском знаткоя, и личный.

Визит к ведьме не задался: ее не оказалось дома. Пришлось, ткнувшись в запертую дверь, ехать в "Мамонтову горку". Анна расстроенно вздохнула, а вот Дмитрия подобное изменение планов не расстроило. Пирожки и прочее в таком духе, конечно, хорошая еда, но очень хотелось горячего супа, а еще побриться и помыться. Лучше бы, конечно, в бане попариться…

Размечтавшись, Косоруков загадал себе, как разрешится проблема с колдуном, расспросить об этом Милохина. Город немаленький, наверняка и общественная баня есть, и очень может быть, что весьма недурственная — он уже успел привыкнуть, что этот странный городок со всех сторон чрезвычайно чистый и аккуратный.

К "Мамонтовой горке" они добрались уже ближе к вечеру, когда солнце повисло низко над крышами домов, и свет его стал розовато-золотым, мягким. В трактире оказалось уже людно и шумно, ожило пианино в углу. За ним сидела высокая худая женщина с тщательно собранными в пучок волосами, затянутая в глухое темное платье, и наигрывала нечто бойко-залихватское, быстрое, совсем не подходящее ее наружности.

Заметив его любопытство, Анна негромко просветила, что это лучшая пианистка города, и вообще очень талантливая, в церковном хоре поет. Такому контрасту Дмитрий уже даже не удивился; кажется, в этом городе вовсе не было людей без странностей и особенностей.

Почти все столы были заняты, люди смеялись и разговаривали, отчего зал гудел и позвякивал. На новых посетителей никто не обратил внимания, даже несмотря на то, что у Косорукова на плече висело трофейное ружье.

— Какие люди, — с улыбкой поприветствовал их трактирщик, когда путники подошли к стойке. — Садитесь, накормлю. Борь… — обратился он к светловолосому здоровяку, с которым разговаривал до появления новых лиц.

— Понял, — ухмыльнулся тот. — Корми страждущих. Хорошего вечера.

Он без возмущения освободил стул, еще один рядом как раз не был занят, и новые гости удобно разместились на почти привычном месте. Игнат на несколько секунд отвлекся, чтобы распорядиться на кухне, и вернулся обратно с вопросом:

— Ну как съездили? Удачно?

— Как сказать, — пожал плечами Дмитрий. — Кое-что выяснили, и заимка оказалась та, что надо, но личность колдуна пока не установили. И это логово явно не единственное, там никаких следов ритуалов нет поблизости, но, будем надеяться, удастся разобраться так. Как мальчишка-карманник?