Книга Щепотка пороха на горсть земли, страница 102 – Дарья Кузнецова

— Поймаем — спросим, — рассеянно отозвался Дмитрий. Он пытался продолжать чтение, тем более переживания девушки были, по совести, совсем пустыми. Но отмахнуться от них все равно не получалось. — Знаешь, как говорят — в семье не без урода. И то в семье, а у тебя целый город. И хозяйка ты хорошая, тебя жители любят, — все-таки попытался приободрить ее охотник. Он чувствовал себя неловко и глупо — не привык кого-то успокаивать, поэтому постарался сделать вид, что сосредоточен на записях колдуна.

Анна усмехнулась последней его фразе, но возражать не стала. И стесняться тоже не стала, сжала его запястье и проговорила тихо:

— Спасибо.

Она неуверенно скользнула кончиками пальцев по запястью на ладонь. Хотелось взять за руку, но мало ли как отреагирует?..

Отреагировал хорошо. Не глядя поймал ее руку, слегка пожал — и не отпустил. От этого Анне сразу стало гораздо спокойнее — от сосредоточенного молчания, от тепла шершавой мозолистой ладони и вообще оттого, что он здесь, рядом, живой и настоящий, а не она себе какие-то глупости придумывает.

Некоторое время они так просидели, продолжая листать тетради, прежде чем Анна нарушила молчание:

— Мне кажется, мы уже не успеем в город до темноты.

— Заночуем, — согласился Косоруков, бросив взгляд за окно. — Только воду надо найти, наверняка тут где-то поблизости родник есть.

— Надо, — согласилась девушка. Только никто из них не тронулся с места — не хотелось разрушать это неожиданное и неуместное ощущение уюта и покоя.

Первым собрался с силой воли Дмитрий. Он нехотя выпустил ладонь девушки и поднялся, а после и Анне одной сидеть за столом не захотелось, так что из дома они выходили вместе. В доме нашлось большое жестяное ведро, немного помятое и потравленное ржой по ободу, но вроде бы не дырявое, с ним Косоруков и направился на поиски источника воды — остатки чутья волшебника позволяли не испытывать с этим трудностей. При определенной сноровке, конечно, но за год разъездов пришлось научиться всякому.

Уже вечерело, когда они вновь собрались за столом. Рисковать и жечь свечи колдуна не стали, мало ли из чего они сделаны и какой силой обладали, а вот дровами и посудой воспользовались без стеснения. С помощью туповатого топора и десятка крепких слов Косоруков даже сумел приладить на место ставень — ночью из окна тянуло холодом. Да и гнуса налетело уйма, и, хотя у обоих путешественников были простенькие, но надежные обереги от кусачих насекомых, роящаяся перед лицом мошкара не доставляла удовольствия.

Стреноженные лошади бродили на лугу возле ручья, найденного Дмитрием, — овса с собой взяли немного и решили отпустить их погулять.

Вспоминая встречу с медведем, Косоруков за них опасался, но Анна заверила, что здесь поблизости никаких хищников нет. Хотя причин такого ее спокойствия и уверенности мужчина не понимал, но спорить не стал и предпочел поверить на слово. В конце концов, она местная и в здешних горах ориентировалась уверенно, не было повода думать, будто именно сейчас Анна начала глупить.

Она же собрала в окрестностях каких-то трав и листьев и заварила в небольшом ковшике, и под этот настой ужин удался на отлично. Рисовые лепешки, несколько вареных яиц, трактирщица даже плюшек собрала полную котомку, так что наелись досыта, и назавтра осталось.