Книга Теория механизмов и души, страница 103 – Дарья Кузнецова

А третьим из присутствующих к моему стыду оказался сам капитан.

Что я там думала про исправление впечатления о себе? Браво, начало положено!

Впрочем, разглядывал меня ту Русс совершенно спокойно и никакого недовольства не проявлял. То ли правда не придал значения, то ли проявлял тактичность и не находил нужным демонстрировать неприязненное отношение.

— Боюсь, в таком случае на дирижабль меня затаскивали бы под общим наркозом, -- хмыкнула в ответ. -- Прошу прощения за беспокойство, не хотела никому мешать. Думаю, мне лучше вернуться в каюту.

— Вы не мешаете, -- отмахнулся тот, что в очках. -- Кстати, разрешите представиться, Риниш ту Рейн, бортовой врач экспедиции. Это Лирин ту Лорн, один из наших рулевых. Ну, а капитана вы, думаю, знаете.

— Приятно познакомиться, -- вполне искренне ответила я. -- У вас лёгкая рука, доктор, -- заметила, ощупав щёку, -- уже почти не болит.

— Обычно я женщин не бью. Но, увы, более действенного и быстрого способа привести человека в чувство, чем пощёчина, медицина ещё не придумала, -- иронично улыбнулся он, разводя руками.

— Да уж, с эффективностью сложно поспорить, -- протянула задумчиво.

— Но вы, наверное, оказались здесь не просто так? Что-то искали? -- полюбопытствовал рулевой.

— Честно говоря, не знаю, -- не стала хитрить я. -- Скорее, собиралась немного осмотреться и понять, где нахожусь. Ну, и где можно проводить время, не мешая управлению дирижаблем.

— Здесь можно. Только, боюсь, если вы продолжите реагировать подобным образом на вид из окон, ходить без сопровождения я вам запрещу как врач, -- предупредил доктор. -- Ещё есть несколько подобных небольших комнат отдыха и общая столовая. Вы не торопитесь? Я с удовольствием показал бы всё, тем более, уже почти время обеда, но хочется закончить партию.

— Не стоит прерывать игру, я провожу госпожу ту Фрем, -- неожиданно вызвался капитан. -- Я уже достаточно проиграл на сегодня, стоит вернуться в рубку.

— Ты к себе несправедлив, -- возразил рулевой. -- Для человека, который освоил правила всего несколько дней назад, ты весьма неплох.

— Что, однако, не мешает моим учителям практиковаться по этому поводу в остроумии, -- спокойно, с лёгкой иронией добавил ту Русс.

Я поймала себя на искренней увлечённости разговором, причём не участием в нём, а подслушиванием. Было чрезвычайно интересно и познавательно наблюдать за общением этих троих. На первый взгляд они казались совершенно чужими друг другу людьми, волей случая оказавшимися плечом к плечу. Но если приглядеться внимательнее... Сложно в двух словах сформулировать то, что открывалось взгляду в этом случае. Глубокая, почти родственная общность. Высшая форма и крайняя степень дружбы, когда уже не требуются внешние проявления расположения и симпатии, когда нет необходимости следить за языком и бояться недопонимания.

Такие же отношения связывали меня с Мириширом, но с ним в принципе легко дружить -- он открытый, простой и искренний, да и меня не назовёшь трудным человеком. Из присутствующих здесь мужчин я бы могла представить своим другом только ту Лорна, рулевого. Ту Русс производил впечатление нелюдимого угрюмого одиночки, у которого по определению не может быть друзей.

А доктор... неправильно судить людей по первому впечатлению, но ту Рейн казался человеком очень циничным, жёстким до жестокости. Не опереточным злодеем, да и вообще, наверное, не злодеем, но личностью весьма сложной и не располагающей к откровенности и душевной близости. Пожалуй, как раз такой и мог сойтись на короткую ногу с капитаном, но оставалось неясным, как к этим двоим умудрился прикипеть рубаха-парень Лирин. Единственным поводом для возникновения подобной дружбы я могла представить только какое-то опасное совместное приключение, сопряжённое с риском для жизни.