Книга Божественный яд, страница 93 – Дарья Кузнецова

К тому же куда полезнее было подумать над её вполне справедливым вопросом.

— Подожди, как это не знаешь? Ты не специально, что ли?

Маран несколько мгновений смотрел на неё задумчиво, но всё же решил ответить согласно обговорённой с Владыкой версии об одиноком отшельничестве в глуши:

— Последние несколько лет я… не оказывался среди больших скоплений людей. И здесь, сейчас, тоже до сих пор успешно его избегал, поэтому заметить подобного не мог. Но раньше такого не было. Не столь явно и не столь сильно — уж точно.

— Интересно, а не связано ли это с тем, что в тебе Одила углядела? — задумчиво протянула Ида, внимательно оглядывая мужчину с ног до головы, пытаясь вот так на глаз определить, что в нём страшного.

Тщетно. Сейчас, при свете, возлежащий напротив, он выглядел совершенно обычным. Ну нет, конечно, не совсем обычным, а очень привлекательным, и змеиная грация ощущалась даже в покое, но ничего зловещего или пугающего в нём не было.

— Одила? — он вопросительно приподнял брови.

Рассказ оказался занятным, но бессмысленным. Кристаллы, кляксы… даже если это наблюдение и имело какую-то связь с действительностью, а не было плодом больного воображения, никаких пояснений оно не давало. Маран мог бы списать реакцию на него окружающих на собственную репутацию, преувеличенную хрониками и легендами, но все эти люди о ней не знали. В курсе были всего несколько человек, и при личных разговорах они вели себя спокойно, как и Идана.

Может, и та девушка в храме испугалась не его шрамов? Не столь уж они впечатляюще выглядят сейчас, зажившие, да ещё почти полностью скрытые одеждой…

Они совсем недолго просидели здесь, наблюдая из алькова за залом. Едва только Маран вспомнил о вежливости, решил поухаживать за девушкой и наполнил бокалы ароматным сладким вином, как музыка резко изменилась, и словно по стенам прокатился шепоток — «Владыка!»

О том, как вести себя в присутствии правителя, предупреждали заблаговременно, поэтому тут же были оставлены все дела и присутствующие собрались в центральной комнате. А когда двери распахнулись, впуская Владыку, все одномоментно преклонили правое колено — и мужчины, и женщины.

Идане было непривычно и неловко, потому что в Транте перед королём не становились на колени, но не попирать же традиции, особенно когда принц невозмутимо проделал то же самое, явно не считая зазорным. Тем более удовлетворять любопытство такая поза не запрещала, прятать глаза никто не требовал.

Владыка явился без свиты и стражи, но не один. Под руку его держала статная женщина, в чьих чёрных волосах серебрились седые пряди, кажется лишь больше её красившие, — очевидно, супруга, а следом за венценосной четой, с любопытством поглядывая на присутствующих, тихо ступала совсем юная девушка, почти девочка. Одета она была слишком богато для служанки, но вот какую роль выполняла — было непонятно.

Владыка что-то едва слышно шепнул супруге, и та вместе с девочкой двинулась прямо, к неглубокому алькову посередине, а сам он подошёл к сыну и протянул ему руку для поцелуя — ещё одна непривычная и странная традиция. Той же чести удостоилась Мариика, сохранявшая видимое спокойствие, хотя ей, как принцессе, наверняка ещё более дико было стоять перед кем-то в подобной позе. После он разрешил сыну и его невесте встать.