Книга Божественный яд, страница 49 – Дарья Кузнецова

— Трантский? Скажи что-нибудь.

— Мы прибыли из Линдера вчера, — ответила Ида на родном.

— Нет. Этого языка я не понимаю, — он качнул головой, чему-то усмехнувшись.

— А что, были сомнения? — не удержалась от улыбки Идана, но тут же поспешила продолжить отвечать на прошлый вопрос: — Мы прилетели вчера, а сюда пришли, чтобы узнать о вашей религии. Нам обещали рассказать, — она глянула туда, где остался стоять пожилой историк, но в сумраке его не было видно.

— Интересно, — тихо, себе под нос проговорил незнакомец. — Послушаем.

И он широко повёл ладонью, предлагая девушке идти первой. Опять блеснули перстни, и Идана отметила, что никаких других украшений на мужчине не было: несколько колец на пальцах и серьги, а на шее и груди — ничего. Усилием воли она заставила себя не смотреть ниже его подбородка и, развернувшись, решительно двинулась через открытое пространство посреди храма.

Мужчина так до сих пор и не назвался и не предложил ей руку, и Ида пока не знала, расстраивает это её или радует.

До выхода, возле которого должен был ждать историк, они не дошли. На полпути навстречу попалась Эрма, которая шла, разглядывая дыру в потолке. Она тоже была одна, местные мужчины явно придерживались мнения, что храм — не место для ухаживаний.

Столкновения, конечно, не произошло, Эрма их заметила, опустила взгляд… и, испуганно вскрикнув, отпрянула, прижимая ладонь к губам.

— Защитник! Какой ужас… — пробормотала она, глядя куда-то на грудь незнакомца.

Ида хотела с иронией заметить, что ничего ужасного в этом нет, обыкновенный мужчина, но сама невольно бросила взгляд туда, куда смотрела Эрма, и сообразила, что впечатлил девушку не полуобнажённый торс сам по себе. Грудь и живот мужчины были иссечены старыми белыми шрамами. Сама Ида в сумраке не обратила на них внимания, да и изо всех сил старалась не таращиться на незнакомца, как оказалось — успешно.

Но Идана не впечатлилась и теперь: не столь уж безобразно всё это выглядело, все шрамы старые и отлично зажившие, подумаешь, белые пятна на коже! Мало ли кому как не повезло в жизни и что с кем произошло, она и сама тоже — с изъяном.

Правда, через мгновение Ида сообразила, что это не могло быть результатом случайного ранения: слишком ровные и аккуратные шрамы образовывали отчётливый геометрический орнамент, рассмотреть который в деталях мешала одежда.

— Эрма, — укорила Идана. — Это неприлично.

— Я… Да, простите! — смущённо пробормотала та. — Но это… ужасно! И, наверное, было ужасно больно. Простите, я не хотела вас оскорбить, просто…

— Это? — с лёгкой улыбкой уточнил незнакомец. — Нет, это было уже не больно. Самое сложное — начать, а начало не там.

И, поясняя странные слова, он повёл себя еще более странно: скинул кутру с одного плеча, перебросил её и волосы на грудь и повернулся к ним спиной, позволяя разглядеть… рисунок.

Это определённо был рисунок, и девушки уставились на шрамы, изображавшие сражение кобры и мангуста в траве. Шрамы были разные — тонкие и длинные, явно от порезов, сплошные и бугристые, отмечавшие змеиную шкуру, — то ли от кислоты, то ли от ожогов.

Эрма пробормотала первую строчку молитвы к Защитнику, а Идана отстранённо подумала, что в этом есть какая-то странная, пугающая красота. То есть это безумно, противоестественно, но… всё равно по — своему красиво. Если не задумываться о том, где и как оно нарисовано.