Книга После войны, страница 52 – Дарья Кузнецова

За всполохами пламени во мне действительно очень трудно что-то разглядеть: именно с этой стихией я работаю непрерывно, именно к ней обращаюсь на уровне рефлексов. Но когда я только начинал учиться, у меня был выбор — огонь или земля.

Так случилось, что вторую стихию я почти забросил: когда ты — горящий жаждой деятельности мальчишка, магия земли, степенная и основательная, кажется несусветной глупостью и тягомотиной. Только к концу Университета понял, что был несправедлив ко второй грани своего таланта. Именно благодаря ей я достаточно спокойный и рассудительный человек; большинство магов огня люди нервные, вспыльчивые и не умеющие что-то спланировать, а уж если случается так, что второй выраженной склонностью является воздух — пиши пропало. Более неуравновешенного и взбалмошного человека найти трудно, особенно если это, не дай боги, женщина. Сочетание огня и воды встречается редко, и тут уже ничего конкретного сказать нельзя, пока не узнаешь человека ближе. Да и тогда возможны сюрпризы.

Не сказать, что, осознав ошибки, я бросился со всем энтузиазмом их исправлять — мне хватало занятий и без этого. Но потихоньку эту забытую способность развивать начал. Достигнуть значимых успехов не довелось, а вот более-менее научиться нескольким важным вещам — вполне.

Сложнее всего было сформулировать несколькими короткими простыми фразами суть сообщения, не вплетя в него собственных эмоций и посторонних мыслей. Когда эта задача была решена, я отправил сообщение. Земля вокруг в радиусе сажени пошла волнами, как вода от брошенного камня, но через пару секунд всё вернулось на круги своя.

Я так же медленно вынул руки из земли, и вслед за моими пальцами буквально выстрелили ростки каких-то полевых цветов — земля чутко впитывает все крохи силы, которые в неё вносят, и реагирует совершенно однозначно.

— Ты… это… — вдруг замявшись, пробормотал леший. — Поосторожнее там, огневик.

Когда я удивлённо обернулся, старика-лесовика уже не было.

— Кхм. Какие будут предположения? — преувеличенно деловым тоном поинтересовался из-под моих сапог Тень.

— Пойти и посмотреть, — я пожал плечами. — Пока не посмотрим, всё равно не узнаем, что это за существа и существа ли вообще.

— Меня смущает тот факт, что их и некросы боялись.

— Меня тоже, но вариантов всего два — либо сейчас пойти и попробовать спасти мальчишек, либо ждать до утра помощи и как следует разбираться в происходящем. Какой вариант тебе нравится больше?

— Пойду, осмотрюсь, — кротко согласился он. Спросить, где он собрался осматриваться, я не успел. Впрочем, при желании этот тип способен за пару часов прочесать несколько гектаров леса, так что направление тут роли не играет.

— Ну, теперь, кажется, всё, — я одёрнул гимнастёрку, поправил ремень и, сложив руки рупором, закричал в темноту: — Э-ге-гей!

Эхо аукнулось слева, справа, пронеслось кругом и, стихая, покатилось сразу во все стороны. Я вознамерился повторить процедуру, как спереди, часов на одиннадцать, мне откликнулось чёткое раскатистое "Эй!", которое, несколько раз повторившись на разные голоса, стихло всё в той же стороне.

Периодически тем же способом уточняя направление, я двинулся через лес. Теперь эхо уже настойчиво вело меня вперёд, не пытаясь казаться обычным физическим явлением, реагируя даже на тихую речь. Шёпота же оно, кажется, просто не слышало — как обычно и бывает.