Книга Дым и зеркала, страница 176 – Дарья Кузнецова

— И не собирался, — я качнул головой. — Когда и куда вы планируете уезжать?

— Мы ещё не решили, куда. Хотим продать всё это и посмотреть мир, — она развела руками. — Наверное, через несколько дней.

— Я понимаю, что это не моё дело, но я настоятельно рекомендую вам зайти в гости к Тахиру Хмер-ай-Морану. Мне кажется, вам не помешает его помощь. Поверьте, я очень хорошо знаю, о чём говорю, — я не удержался от усмешки.

— Боюсь, на услуги Великого Целителя мы потратиться не можем, — хмыкнула она, ничуть не обидевшись.

— Я не думаю, что он возьмёт с вас деньги.

— Я подумаю об этом, — медленно кивнула девушка, явно не вполне доверяя моим словам. Надо будет поговорить о ней с Тахиром; что-то мне подсказывает, ей его помощь нужна не меньше, чем Лейле.

При воспоминании о магистре Шаль-ай-Грас на сердце ощутимо потеплело. И это было приятное ощущение.

Прочие кровники Амар-ай-Шруса хоть и были вполне состоявшимися магами, но к верхушке Дома Иллюзий не имели никакого отношения. Но фамилии я на всякий случай переписал, и даже поставил себе целью опросить их. Можно будет нагрузить Халима, если он хоть немного разобрался с послужным списком Зарай-ай-Зимара.

Оставался всё тот же Идар-ай-Аль… и снова Пирлан.

Пока ехал в Дом Иллюзий с целью нанесения визита очередному Владыке, так и эдак тасовал факты. И не мог отделаться от мысли, что мой кровник не может быть не замешан. Это было низко, даже почти подло, но мысль грызла меня изнутри очень больно и интенсивно.

С Лейлой всё было понятно: она не оказалась втянута в интриги Дома потому, что старательно от него бежала. Но мог ли Пир остаться в стороне? Он хорошо знал всех этих людей, он вращался в их среде. Его отец тоже был одним из Владык, и, кстати, наверняка хорошо знал всех Владык нынешних. Да, он мой кровник, и я не чувствую в нём фальши. Но так ли он похож на мальчишку, с которым мы в далёком босоногом детстве жили по соседству и играли в разбойников? Мог ли он измениться за те годы, которые я отдал войне?

Остаться в стороне мог. Но мог ли ничего не знать? Ничего не видеть, не слышать, не подозревать…

Он говорил о Лейле, что заподозрил совершённое над ней насилие. Но заподозрил ли, или знал совершенно точно, кто, как и когда это сделал? Тот Пир, которого я знал, непременно докопался бы до истины. Он не мог, подозревая такое мерзкое преступление, закрыть на него глаза. Не выяснил — значит, не пытался. Уж он бы мог и к царю пойти, не испугался бы. Не пошёл. Не хотел верить? Боялся?

Он не Владыка и изображает из себя простого учителя, но очень близок к верхушке Дома Иллюзий. Владыки всегда на виду у того же царя. А он?

Или это проклюнулась паранойя, и я просто наговариваю на хорошего человека? Ведь чисто теоретически он действительно может быть тем самым немного рассеянным и добрым человеком, каким я его знаю. Он, в конце концов, мог просто побояться разочароваться в коллегах. Ведь Лейла — простая посторонняя девчонка, а Амар-ай-Шрус — любимый наставник.

Так и не придя ни к какому конкретному выводу, я доехал до Дома Иллюзий.

— Говорите быстрее, подполковник, у меня мало времени, — с порога начал высокий темноглазый брюнет, входя в уже знакомую мне комнату ожидания.

— Магистр Маариф Идар-ай-Аль?

— Да, да, побыстрее, пожалуйста, чем обязан? У меня много дел.