Книга Мораль ментального мага, страница 144 – Дарья Кузнецова

Дракон благоразумно не стал переспрашивать, поймал ртом её губы, поцеловал — уверенно, настойчиво. Отвлекая, утешая и безмолвно обещая, что она об этом не пожалеет.

Не обманул. Потому что мораль у ментальных магов, конечно, своеобразная, но второе её правило Исса вывела для себя очень быстро: они никогда не врут.

Вот только вовремя передумать это не мешает.

Несмотря на согласие выйти замуж, эта перспектива всё равно пугала Иссу. Потому что согласиться — полдела, и даже выйти не очень сложно, а дальше-то как жить? Ей ещё два с половиной года учиться! И зачёт ему как-то сдавать, и вообще…

Мудрый дракон, как бы ему ни хотелось покрепче схватить сокровище и утащить в пещеру, снова проявил терпение и давить на девушку не стал, так что до конца семестра Исса доучилась, припрятав подаренный обручальный браслет и делая вид, что ни с каким менталистом она не встречается. Подруги, конечно, дразнили, да и остальные знакомые слепыми не были, но ситуацию на удивление спокойно приняли все.

Змея настойчиво предлагала подождать до окончания учёбы, потому что ну ведь и так всё хорошо, и её совершенно не смущает необходимость из его комнаты вечерами возвращаться к себе. Книжник не спорил, но поженились они летом, в Айсуре.

Отец оказался прав про менталиста и в другом: тот не помнил родителей возлюбленной. Узнал только тогда, когда собрался с ними знакомиться, над чем потешалась не только змея, но особенно — Лазурит Кастет, с которым Иссе пришлось познакомиться поближе. Впрочем, о том, с кем она говорит, удалось забыть достаточно быстро, наследник империи умел держаться с людьми легко и дружески.

Чего не скажешь об отце жениха, с которым найти общий язык так и не получилось. Книжник заверил, что это нормально, у него самого начало получаться всего несколько лет назад. Исса беспокоилась, но здорово помогала поддержка менталиста, который просто не позволял этим двоим надолго оказываться рядом и уж тем более делать это наедине. На отца он не рявкал, но умело переключал его на другие вопросы. О профессиональном Цитрин Якорь говорил гораздо легче и охотнее, и в такие моменты с ним даже приятно было общаться.

Много позже уже Исса выяснила, что так трагически на старшем менталисте сказалась смерть жены. Случайная и нелепая. Хрупкая и нежная, очень похожая на мать самой Иссы, она, в отличие от Риссы, не хотела сидеть дома, а постоянно рвалась к людям. Часто это заканчивалось страшными мигренями и долгим восстановлением моральных сил. А один раз ей не повезло, вместе с подругой женщина оказалась близко к месту трагического события: случился взрыв в алхимической лаборатории. Женщин не задело физически, но чужая боль и смерти, к которым молодая менталистка была не готова, убили и её: она полностью выгорела и через пару дней угасла.

Доучилась змея спокойно, правда, чем ближе к выпуску, тем тревожнее ей становилось: как жить дальше? У Книжника университет, а ей на Рыбном делать нечего, да и не хотелось оставаться. Наверное, она бы долго ещё мучилась, но этот вопрос в один прекрасный момент поднял муж и спокойно спросил, где бы она хотела работать после выпуска — в столице или, может быть, в родном городе? В том, что станет музейным магом, Исса уже не сомневалась, несмотря на недоверие и сомнения коллег и их попытки отговорить. Книжнику не хотелось возвращаться к императору, но сейчас он полагал, что выдержит прежнюю работу.