Книга Шешель и шельма, страница 93 – Дарья Кузнецова

Правда, из числа подозреваемых его пришлось официально вычеркнуть: при таких вводных и таких последствиях он никак не мог грохнуть дядю ради наследства. Вот после того, как тот расплатился бы с обоими кланами, — другое дело, но не сейчас. И уж тем более не оставил бы «Щит» молодой вдове: Живко прекрасно знал, как выглядит артефакт, и знал, что тот находится на руке у жены Ралевича. И даже подтвердил предположение самого Шешеля, что женился дядя в первую очередь для того, чтобы можно было вывезти артефакт, не привлекая к нему внимания.

— А откуда вообще Рофель узнал про «Щит»?

— Не знаю. Что, неужели не нашли утечку? — удивленно вскинул брови Живко. — Правда не знаю, он на Павле сам вышел. Мне кажется, понял, что тот из-за денег удавит родную мать, да еще артефактор, да еще мотается туда-сюда — хороший кандидат. А откуда узнал — не говорил.

— Как думаете, кто мог убить Ралевича? — задал Стеван закономерный вопрос.

— Да пес знает, — передернул плечами Хован. — Но я бы с ним потолковал, да, с-с… — Он не удержался от пары грязных ругательств и извиняться на этот раз не стал. — Может, и правда, девка эта?

— Зачем ей это? — искренне полюбопытствовал Шешель. Вдруг услышит что-то новое?

Живко рассеянно пожал плечами.

— Может, он ее с мужиком застукал? Девка уж больно хороша, не верю я, что она за Павле по большой любви вышла. Ну разве что по любви к деньгам. — Он неприятно хихикнул.

— А Ралевич верил?

— Да пес знает! Но вообще, знаете, он мог, — кивнул Живко. — С самомнением у него порядок был, да. Что его не поймают — верил совершенно точно, считал себя самым умным. А девка так о его… самолюбие терлась, что мог и поверить. Молодец. Вроде дура дурой, но так-то выходит — и не совсем. Но вообще, знаете, навряд ли она бы прям в первый день любовника притащила, это надо совсем уж конченой дурой быть. Да и откуда он там мог взяться? Павле же до последнего держал время перелета в тайне, перестраховывался. Любил приговаривать, что осторожного боги берегут.

— У него были враги?

— Ну, друзей точно не было, — усмехнулся Хован. — Но так-то он не брезговал по головам идти, так что его, надо думать, многие ненавидели. На людей ему вообще плевать было, это точно. Могли и конкуренты, могли партнеры, могли какие-нибудь обиженные работники. Только как они его там поймать успели, сразу после прилета?

— Кто вообще был в курсе, что он полетит в Норк?

— Я был, тамошние головы, конечно, тоже. Но мне Павле телеграмму отбил перед отъездом, я там всех предупредил. А здесь… Да пес знает! Может, секретарь его в конторе что знает? Дядя ему вообще крепко доверял.

— А насчет его махинаций? Вы вот в курсе, а остальные партнеры?

— Не знаю, я с ними не работал, — отмахнулся Живко. — То ли знали, то ли нет — без понятия. Павле плакался, что там никто, кроме него, работать не хочет, но он и приврать мог. Закупками точно он занимался, а насколько остальные в дела лезли — я без понятия.

— Спасибо. Вы очень помогли следствию, — задумчиво кивнул Шешель.

— Эй, погодите! А что с охраной-то? — всполошился Хован. — Я без охраны не пойду!

— А давайте мы вас арестуем? — воодушевленно предложил Стеван. — Изолятор у нас удобный, охрана надежная. Поместим в отдельную камеру. Посидите, отдохнете, а я пока разберусь с этим делом. Может, и вам удастся помочь, все-таки этим заокеанским ребятам стоит напомнить, что им здесь не Норк. И мне далеко с протоколами не бегать.