Книга Во имя Долга, страница 44 – Дарья Кузнецова

Но с этим было возможно бороться, и ничего непоправимого не случилось бы, если бы не иллурцы и их Зов. Вот уж действительно — бойтесь своих желаний. Даже глубоко запрятанных и невысказанных вслух.

Не знаю, стоит над этим плакать или смеяться, но я полностью осознавала, что делаю. Более того, осознавала, что совершаю ошибку и самую большую глупость в своей жизни, что это всё совсем не похоже на то, о чём я мечтала в детстве. Тогда, когда ещё могла мечтать о спокойной жизни, о большой дружной семье и любимом мужчине, — таком же замечательном, сильном и умном, как папа, — рядом. Но остановиться не могла и не хотела. Даже тогда, когда Зуев, проявляя неожиданное благородство, попытался дозваться моего разума. А уж когда он ответил на мой поцелуй, и я оказалась в крепких объятьях мужчины, растаяли последние сомнения.

Мне, за неимением практического опыта, было сложно судить, насколько хорош землянин как любовник. Да в тот момент я, честно говоря, и не пыталась. Его руки и губы окончательно отделили нас двоих от остального мира, и всё остальное совершенно потеряло смысл. Он целовал меня, обнимал, слегка прикусывал нежную кожу шеи; а я гладила его волосы, плечи, руки, полностью растворяясь в дурманящем запахе желания.

Вот когда было самое время порадоваться, что одежды на нас обоих почти не было. А когда её не осталось вовсе, я попросту не заметила. Просто в какой-то момент оказалась спиной прижата к груди мужчины, и с непонятным восхищением наблюдала, как невероятно естественно и правильно выглядит моя собственная грудь в его руках. Как мягко, чуть щекотно, скользит его ладонь по моему животу, и от этого прикосновения сладко ноет всё тело. Как уверенно его рука и колено заставляют меня чуть сильнее раздвинуть ноги, и пальцы бережно и осторожно начинают ласкать меня, совершенно сводя с ума и заставляя забыть обо всём.

Окончательно отдавшись ощущениям, я зажмурилась и, кусая губы, откинула голову на плечо мужчины. Обдавая горячим дыханием, он кончиком языка очертил контур уха, и я не сумела сдержать стона. Уж очень чувствительное место нашли его губы, и в сочетании с тем удовольствием, которое доставляли мне его пальцы, ощущения оказались потрясающими.

По моему телу прокатилась волна наслаждения, заставившая задохнуться и выгнуться в руках мужчины. А потом я, послушно следуя безмолвному приказу уверенных сильных рук, наклонилась вперёд, прогибаясь в спине. И произошло то, чего я так боялась всего несколько дней назад, и чего отчаянно желала сейчас. Мужчина двигался поначалу неторопливо и осторожно, позволяя мне привыкнуть к новым ощущениям, и от этой медлительности по телу пробегали волны дрожи. Одной рукой он придерживал мои бёдра, а второй — продолжал ласкать между ног. И от всего этого меня попеременно бросало то в жар, то в холод, и стоны срывались с губ один за одним.

Наверное, это было ужасно и неправильно, но меня не волновало, что происходит вокруг, смотрит на нас кто-то или нет. Был мужчина, которого я хотела всем своим существом, и которого мои инстинкты считали самым лучшим и самым подходящим. Была я, совершенно забывшаяся в первозданном удовольствии и готовая в объятьях этого мужчины на всё. И был Зов, удивительно органично и уместно наложившийся на все мои мысли, эмоции, рунарские традиции и представления, заставлявший отбросить всё наносное, данное разумом и привычками, и полностью отдаться ощущениям и эмоциям.