Книга Бёрлингтон-сквер, 23, страница 62 – Дженни Кир

Клара мысленно сравнила эту самовлюбленную светскую львицу с Джемаймой – первая явно проигрывала. Привлекательная внешне, но пустышка внутри. С уст Алисы срывались только жалобы, ко всему-то она придиралась: «Ну разве это не скучно до ужаса? Как только им всем еще не надоело до смерти? И кто вообще позволил Невиллу надеть такие вызывающие туфли?»

— Зачем так спешить под венец? – наконец нарушила молчание Клара.

После неприятного разговора с Джеком ей отчаянно хотелось вернуться на Бёрлингтон-сквер, но до понедельника она отправиться в Лондон не могла. Клара уже пожалела, что приехала сюда. Ей страшно не хватало утешительных слов и теплых объятий тети.

— Это я настояла, чтобы Филипп перенес наше бракосочетание на более раннюю дату. Клара, дорогая, ну подумай сама: если решение принято, нет смысла медлить. К тому же погода в Каире сейчас великолепная, а Филипп обещал показать мне пирамиды.

— Но ты ведь его не любишь.

— Я и тебя не люблю, если ты к этому клонишь, – холодно ответила Алиса. – Это было просто развлечением, дарившим чувство свободы, а вовсе не тем, что соответствует моему вкусу. Когда я была ребенком, то вела себя как ребенок, но теперь, став женщиной, должна оставить детские забавы, – заявила она, слегка исказив цитату из Послания к Коринфянам^[12]. – Боюсь, Клара, это касается и тебя тоже. Тебе пора вернуться на свое место, дорогая. И давай больше не будем об этом.

Алиса поднесла к идеально очерченным розовым губам мундштук из слоновой кости и глубоко затянулась. Да, она подвела черту под всей этой историей, но ее отстраненность ранила не так сильно, как боялась Клара.

— Я категорически не могу допустить, чтобы Филипп узнал об этой глупой истории.

— Разумеется, дорогая. – Клара прищурилась. Все, что заботило Алису, – это ее пропуск в обеспеченную жизнь. – Для твоего отца станет катастрофой, если свадьба вдруг расстроится.

Девушки обменялись взглядами.

— Ты угрожаешь мне, Клара Гудвин?

— Ни в коем случае. Я не думаю, что ты была моей судьбой, и пойду дальше. Беги в объятия Филиппа, если это сделает тебя счастливой, но лично я не соглашусь на второсортный вариант, потому что стою большего. Я найду настоящую любовь. – Она понизила голос. – И мы с моей избранницей будем счастливы. Я слишком ценю себя, чтобы идти на компромиссы – в любой области. Я добьюсь всего в жизни своими собственными силами и оставлю о себе память: может, открою свое дело или совершу что-нибудь безумное и смелое, например пересеку пустыню на автомобиле. – Не то чтобы Клара всерьез подумывала о столь безрассудной затее, но идея показалась ей удачной. – Слишком многие женщины довольствуются тем, что остаются в истории как жены премьер-министров или любовницы королей. А я хочу быть Эдит Кэвелл^[13], Марией Кюри или Лилли Лэнгтри…^[14]

Алиса рассмеялась:

— Ты сама себе противоречишь. Лилли запомнят не как актрису, а из-за ее любовных похождений. Если тебе хочется открыть шляпную лавку и жить на чердаке – на здоровье. Но лично я предпочитаю, чтобы Филипп осыпал меня подарками и поселил в своем великолепном поместье, где я проживу скучную и ничем не примечательную жизнь, но не опущусь до торговли. – Она аж поморщилась от отвращения. – И все это только ради нелепой демонстрации своей независимости.