Книга Бёрлингтон-сквер, 23, страница 59 – Дженни Кир

Хотя, может быть, это не так уж и страшно. Помнится, Митци рассказывала, что многие девушки из аристократических семей, оказавшись в стесненных обстоятельствах, открывали модные лавки, пробовали себя в журналистике и даже на сцене. К работающим женщинам теперь относились куда более снисходительно. Оставалось лишь придумать, какое именно занятие подошло бы для Клары.

Девушка глубоко вздохнула и вышла из автомобиля, преображаясь в очаровательную Клару.

Следующие несколько часов оказались вполне терпимыми, хотя ей не нравилось, что днем женщин и мужчин держали порознь, предоставляя им, так сказать, уместные для каждого пола занятия. На самом деле Клара отлично стреляла, однако даже она признала, что доступ к оружию, когда рядом находилась Алиса, которая даже не смотрела в ее сторону, – идея не из лучших.

Постепенно вечерние развлечения подошли к концу. Теперь собравшиеся на маскарад исторические персонажи – от Анны Болейн до самого Иисуса – падали в кресла, предавались утехам в спальнях, совершенно не заботясь о том, чтобы соответствовать исторической правде (Юлий Цезарь и Наполеон, например, оказались весьма любопытным сочетанием), или же бесцельно бродили по дому. Сейчас одежды на гостях было куда меньше, чем в начале вечеринки.

Ближе к четырем часам утра Невилл решил, что будет ужасно весело, если достать доску для спиритических сеансов.

— Отличная мысль! Я бы с удовольствием пообщалась со своей двоюродной бабушкой Эльспет! – восторженно воскликнула Митци, давно сбросившая парик Марии-Антуанетты. – Я ведь все хотела выяснить, было ли ее падение с лестницы несчастным случаем или нет.

Она набросила жаккардовую скатерть на круглый стол в гостиной, а Джек позвонил в колокольчик, чтобы попросить горничную принести свечи и еще шампанского.

— Знаю, некоторые думают, что это вздор, но родители Амелии Фаррингтон действительно установили с ней связь, – сказала Алиса, пытаясь отыскать в тумбочке доску Уиджи. – Это очень помогло ее матери. Все опасались, что бедняжка с горя угодит в сумасшедший дом, но она пошла к медиуму, и теперь у них есть фотография призрака Амелии, представляете? Какой-то тип заснял ее на пленку во время спиритического сеанса. Бики Мейтленд видел снимок: мистер и миссис Фаррингтон, объятые горем, держатся за руки, а над ними парит Амелия в шляпке-клош и с бокалом шампанского в руке. Вы же знаете, как она любила выпить.

Клара пыталась сложить разрозненные факты в единую картину, но тщетно. Невилл заметил ее нежелание участвовать в забаве и похлопал по стулу рядом с собой.

— Сядь со мной, дорогая, и расскажи, с каким безвременно почившим родственником тебе не терпится поговорить.

— Я не хочу играть в глупые салонные игры, – ответила она, вспоминая свою легкомысленную фразу про доску Уиджи, брошенную мистеру Горски накануне его смерти, и не желая давать старику шанс пожурить ее с того света. – И вообще, мне нужно на воздух.

Интересно, что бы сказала об этом Джемайма? Избалованные молодые люди, по уши в долгах, по-прежнему заказывают шампанское ящиками и заигрывают с мертвецами. Смерть не шутка. Клара убедилась в этом, дважды в последнее время увидев ее собственными глазами.

— Играть в глупые салонные игры, дорогая?! Ты не права! Мы вовсе не играем, а общаемся с нашими дорогими усопшими, – настаивал Невилл. – Внимаем их предостережениям и купаемся в словах утешения.