Онлайн книга «Яд темной любви»
|
Он шутил? Но все-таки к нему сейчас лучше не лезть с расспросами… Меня грызло любопытство. Тревога ледяным узлом завязалась в животе, но я держалась и молчала. А еще делала все, чтобы не стать обузой. Увы, мои шикарные сандалии хоть и не спадали со ступней благодаря ремешкам-завязкам, совершенно не подходили для того, чтобы наступать на острые камни. Аль взглянул на мои попытки взобраться, а затем… вскинул на плечо. Как мешок, да, но драгоценный. Вокруг нас взметнулась тьма… И мы полетели вверх! К солнцу! Выскользнув через дыру, приземлились на скалистую, лысую макушку горы. Интересно, почему сразу не переместились так? Берег силы? — Здесь мы как на ладони, легко увидят в подзорную трубу, – заявил Аль и спустился под прикрытие деревьев. Поставив меня на ноги, скупо объяснил, как прошло общение с монстром: — Принц Альмавьер – копия короля Амехопета. И я, получается, тоже. Так бывает, когда потомок – копия предка. Но чтобы посторонний человек?! Или же… Смутная мысль пришла и тотчас ускользнула, когда Аль добавил мрачно: — Урру решил, что я его хозяин. Глава 22. Скипетр стихий Почти целый час мы сидели в радушных объятиях густого кустарника и наблюдали за тщетными попытками жрецов бога Света войти в усыпальницу короля Амехопета. Воздух вокруг пах не только солью и водорослями, но страхом и медью свежепролитой крови. Огромная двухстворчатая дверь в скале была открыта и зияла черным провалом. Мол, входите, добро пожаловать! Вот только это была иллюзия радушия. Западня. Пол перед входом был выложен яркой, красивой мозаикой – причудливые узоры из разноцветной смальты. Испуганные бедняги в наручниках (каторжники, как сказал Аль) ступали на указанные им плитки. Они шли строго по инструкции, выкрикиваемой главным жрецом, и… превращались в факелы. Проваливались в ловушки, когда внезапно переворачивались плиты. Превращались в глыбы льда. Невидимый воздушный таран невероятной мощи превращал их в фарш… Левитировать над смертельным полем не получалось: магия гасла, стоило оторваться от земли. Соорудить мост – тоже, доски быстро обращались в труху. Прыгуна с шестом невидимая стена отбросила назад… Это был невероятно убийственный полигон. Алессандр дал слово, что люди, посылаемые на смерть, сами убийцы, он ощущал на них печать зла. Но все же это были люди – и они не заслуживали подобной смерти! Увы, так не считал главный жрец, лысый, тучный Воникс. Он стоял на небольшом возвышении и, попивая что-то из фляги, продолжал посылать несчастных на убой. Почему Аль не вмешался, не остановил верховного? Все просто и одновременно сложно: заключенные были убийцами, а десятки младших жрецов из свиты Воникса – нет. Убивать невинных, защищая преступников?.. И до верховного жреца бескровно, не устроив бойню, не добраться. Я могла бы усыпить жрецов, но что потом? Выпустить на волю осужденных убийц? Взять их с собой? Куда?! И то и другое – невозможно и безответственно. Я зажмурилась, когда очередной молодой мужчина с трясущимися коленями ступил на синюю плитку. Щелчок – и грохот… — Давай уйдем, – выдохнула я, обращаясь к Алю. Голос прозвучал сипло и чуждо. – Я убедилась, что им не помочь. Меня мутило. В горле стоял горький ком. Столько смертей… И ради чего? Сокровищ? Сказочного скипетра стихий? |