Книга Великая Библиотека, страница 127 – Анастасия Шелест

Нет ни желания, ни сил делать что-то. Я бы предпочла запереться в комнате и сверлить пустым взглядом стену, но Берт не оставил мне такой возможности. Я воспользовалась ситуацией и рассказала про книгу отца и компас.

Теперь я сверлю взглядом бежевую стену в гостиной. На стеклянном журнальном столике дымится чашка чая. На коричневом кожаном диване, подтянув колено к груди, сидит Берт. В кресле рядом – Эрик, а на диване напротив – Вера и пара ребят из Академии.

Марк со своей компанией переговаривается в другом конце комнаты. Не сомневаюсь, что где-то наверняка есть еще пара свободных гостиных, но они словно не замечают, что никто из Академии не горит желанием делить с Организацией зону отдыха.

А на самом деле просто ясно дают понять, что мы на их территории и устанавливать здесь свои правила не выйдет. Хотя, может, Марк преследует какие-то другие цели. Насчет него предполагать я уж точно не берусь.

Настойчиво сверлящий мою спину зеленый взгляд заставляет ерзать на диване и отвлекает. Мы не перебросились больше и парой слов, и я надеюсь, что и дальше все так останется. Мне нечего сказать Марку. Да и ему мне – тоже. Даже если он считает иначе.

На фоне по телевизору идет какой-то старый фильм. Голоса смешиваются, отвлекая. Его бы выключить, но перед телевизором застывает мальчишка из Организации лет четырнадцати, и никто не берется его выгонять. Почему вообще он не с младшими академовскими в доме Дианы? Марк считает, что в этом возрасте уже пора заниматься такими опасными вещами?

Это не мое дело. Устои Организации меня не касаются.

Тряхнув головой, я поворачиваюсь к Берту. Он хмурит черные брови и почесывает переносицу. Я явно упустила часть разговора.

— Что-то случилось? – настороженно уточняю я, боясь предположить, что еще может усугубить наше и без того паршивое положение.

Перехватив мой взгляд, Берт вздыхает и нехотя признается:

— Я разговаривал с операторами из отдела утечек. Случаи подозрительно участились.

Восторг. Именно этого-то нам и не хватало.

Облизнув губы, я зачем-то пытаюсь сделать вид, что не вижу никакой проблемы, и осторожно спрашиваю:

— Но работа с утечками ведь налажена?

Вера хмуро переглядывается с угловатым сутулым парнем. Берт смотрит на меня с минуту, словно прекрасно понимает, почему я упорно отрицаю проблему, но обнадеживать не собирается:

— Ты же знаешь, Тея, с утечками и в лучшие времена никто не хотел работать. Сейчас людей катастрофически не хватает, а во времена, когда может появиться кто-то из Библиотеки, непросвещенные вообще остаются без защиты.

Всего двадцать пять минут. Ладно, музы, я прекрасно знаю, как много всего может произойти за это время.

— Значит, будем работать в два раза больше, – мрачно заявляет Эрик.

В него тут же впиваются взгляды ребят, а он только разводит руками – другого выбора все равно нет.

Спорить никто не решается, но отрицание и усталое недовольство повисают в воздухе. Надеясь хотя бы поддержать Эрика, я живо киваю:

— Да. После битвы с библиотекарями утечки – приятный отдых. Я готова хоть сейчас…

— Ты не будешь в этом участвовать, – перебивает Эрик, бросив на меня короткий взгляд.

Я замираю, переваривая внезапную словесную оплеуху. С чего? Чем я снова заслужила этот выпад?

Я сейчас не готова пропускать его слова мимо ушей, как и гадать, чем они вызваны. Подобравшись, я раздраженно поджимаю губы и вскидываю брови, уточняя: