Книга Завтра ветер переменится, страница 75 – Стефания Бертола

Лоренцо оглядывает всех нас, потому что никто не издает ни звука.

— Ну и?..

— Давай послушаем второй вариант.

Не просто так мама работает риелтором. Умеет выкручиваться.

— А второй вариант – вот это дерьмо.

Из телефона доносится странная мелодия, которую все мы когда-то слышали. Она скрыта за резкими металлическими звуками, но остается смутно знакомой. Кажется, это…

— Это что, песенка Мэри Поппинс? – удивленно спрашивает папа, который за время нашего с Лоренцо детства видел этот фильм по крайней мере трижды.

— Это же песенка о восточном ветре! – выпаливает тетя. – Ветер перемен… он придет… как там…

— Точно! – подтверждаю я, напевая мелодию. Когда-то она мне ужасно нравилась, куда больше, чем песни из американского мюзикла про ту же Мэри Поппинс.

— Муффа, а почему ты выбрала эту песню? – интересуюсь я.

Муффа шмыгает носом и смотрит на меня большими глазами, точно собирается выдать что-то невероятно нежное и поэтичное – такое, что мой брат с его материалистическим восприятием мира понять совершенно не в силах.

— Ну, – отвечает Муффа неожиданно громко, – просто придуркам из жюри X-Factor нравится, когда им приносят дерьмовое старье, приправленное дерьмом поновее, им кажется, что это круто. Вот увидите, «Ветер перемен», хорошенько аранжированный под Rammstein, очень им зайдет. А уж потом, во втором туре, покажем им «Shrieking Star», и это их покорит окончательно.

Лоренцо всем своим видом говорит: «Нет, ну вы видели вообще?» – а тетя Розальба с гордостью смотрит на Муффу и сжимает ее в своих объятиях.

— Девочка дорогая, просто невероятно, что ты не моя дочь!

Как я уже говорила, сегодня четверг, а от Дамиано ни слуху ни духу. Зато Мануэла подкидывает новости одну за другой. Сейчас она пылесосит, а я мою окна в стоматологическом кабинете.

— Слушай, мне тут нравится. Смотри, какие у них кресла розовые. Если зубы заболят, пойду сюда, – сообщаю я Мануэле, замершей с пылесосом в руке.

— Если у тебя зубы заболят, лучше сначала найди себе богатого мужика.

— Я сама заработаю.

— Ну-ну.

Ману уже хочет взяться за пылесос, но я ее останавливаю.

— Слушай, а Антоньетта почему не пришла? Утром я ее видела у синьоры Эдеры, с ней все было нормально.

Антоньетта и Эдера, соседки поневоле, живут в полнейшей гармонии. Антоньетта настроила новые телеканалы, где крутят модные показы и все такое. День и ночь Антоньетта с синьорой Эдерой смотрят дефиле, обсуждают падение вкусов в мире высокой моды и восхваляют модельеров былого. А еще у Антоньетты есть ноутбук, и она показала синьоре Эдере сайты своих любимых дизайнеров, а заодно и фотоархив, посвященный жизни принцессы Дианы. Так что у обеих активная жизнь, дни проносятся один за другим, и синьора Эдера уже забыла, что ей скоро девяносто.

— У нее все отлично. Работать только не хочет. А теперь еще и сорвала банк. – Мануэла говорит это быстро и слитно – «сорвалабанк», – но смысл ее слов вполне ясен.

— В каком смысле?

— А в таком, что ее папаша договорился с нужными людьми и устроил ее в школу помощницей учителя.

— Да ладно! И где же?

— У них там, рядом с домом. Прикинь, как ей повезло? Белая зарплата, премии, сидишь весь день, ничего не делаешь.

— Слушай, но помощницы учителя просто так все же не сидят, они детям помогают, полы моют и все такое…