Книга Двойной соблазн. Малышка для мажоров, страница 14 – Ольга Дашкова

Девчонка убежала, оставив много вопросов, а еще странные ощущения и практически ожог на ладони Максима. Он постоянно сжимал и разжимал пальцы, разглядывая ее, чувствовал, но ничего не находил.

— Ее так и зовут – геенна огненная? – Никита не унимался, ему было страсть как любопытно, что там за соседи такие, от которых всегда собранный дед на нервах. А у него самого все еще бежали мурашки по спине от воспоминаний о встрече с ягодной блондинкой.

— Нет, хуже. Ее зовут Любовь. Любовь Генриховна, паразитка такая, с гонором. Своенравная, заносчивая. Все ходит со своим псом, страшный, прости господи, пьет из крохотных чашечек кофе, держит ее двумя пальчиками и учит меня жизни. Балерина бывшая, из интеллигенции.

Николай Иванович Зорин, участвовавший в нескольких военных операциях, побывавший не в одной «горячей точке» мира и отдавший служению Родине больше пятидесяти лет, на дух не переносил таких жеманных дамочек.

Он любил женщин хозяйственных, домашних, которые ни за что бы в жизни не додумались крутить пируэты в колготках на сцене и смотреть на мужчину, как на таракана – с удивлением и брезгливостью. Соседка смотрела именно так, а бывалый вояка вытягивался перед ней по струнке и слово не мог сказать. Нонсенс.

— Макс, ты понял, как все серьезно?

— Да.

— Да что вы там можете понять? Сопляки.

— Нервный ты, дед, стал, тебе бы отдохнуть. Может, поедем на море? Если отец отдаст банковские карты, мы тебя свозим. Или в санаторий отправим, нервы подлечить.

Николай Иванович посмотрел на внуков, любил он их, паразитов, но жизни они не знали совсем, покачал головой, придумывая план, как бы сделать забор повыше, чтобы не видеть эту Любовь совсем. Надо использовать рабочую силу в лице двух здоровых мужиков, пока они гостят в его доме, да и Валерия привлечь к труду.

— А блондинка кто? – Это уже спросил Максим, он отодвинул пустую тарелку, посмотрел на деда.

— Какая блондинка?

— Маленькая такая, с серо-голубыми глазами испуганной лани.

— А, эта, племянница ее, живет все лето, Вероника.

— О, точно, ягодка, я как знал… – Никита весело толкнул брата в плечо. – Она совершеннолетняя?

— А ты чего задумал? Где вы ее успели увидеть?

— Я пока просто спросил.

— Ты мне это… прекращай задавать такие вопросы, я не потерплю в своем доме и на участке разврата. – Николай Иванович снова завелся, представляя, что может начаться, дай волю этим парням. Сам такой был, молодой, горячий, дров наломал – дай бог.

— Хорошо, спрошу у нее сам.

— Макс!

— Господи, как трудно с тобой. Когда ты успел стать таким занудой?

— Девятнадцать ей, учится на медицинском, книжки все читает да загорает на лужайке. И не смейте портить хорошую девочку!

— Да кто ее портит? Сам нас послал курицу искать, там забор сломанный у малины, мы ее и встретили, а она закричала и убежала.

Никита тоже доел и, довольный и сытый, откинулся на спинку стула.

— Правильно сделала, нормальная девушка к вам на десять метров не подойдет.

— Это почему?

— На себя посмотрите. Все разрисованные, как яйца пасхальные. – Николай Иванович показал на татуировки внуков. – И чтобы за стол так больше не садились, чтобы пошли и оделись.

— Так, девчонкам как раз и нравится такое. Ты ничего не понимаешь.

— Тебе, Никита, понравится мыть посуду, ты у нас сегодня дежурный. Макс пойдет в гараж и принесет наверх несобранные кровати. А мы с Валерием в магазин съездим, вас, проглотов, кормить же надо, моих курей не хватит. Да, и покормите их.