Онлайн книга «Три лилии Бурбонов»
|
Врачи вернулись в Париж, а Генриетта Мария – к своему обычному образу жизни. Правда, спустя два дня она имела долгую беседу со своим духовником, сообщив ему, что привела в порядок все свои мирские дела и хочет принять на следующий день Причастие. Также вдова добавила, что её сын-король пообещал после смерти матери выдать её слугам жалованье на два года вперёд кроме того, что им полагалось по её завещанию. В тот вечер за ужином у неё было прекрасное настроение и старые слуги с удовлетворением отметили, что их любимая хозяйка хорошо выглядит и снова смеётся. В десять часов она отправилась спать и все в Коломбе с лёгким сердцем разошлись по своим спальням. Когда одна из дам пришла проверить, всё ли в порядке с её госпожой, ровное дыхание последней упокоило её. Через полчаса Генриетта Мария проснулась. Днём она могла казаться весёлой и обманывать окружающих, однако ночью перехитрить себя было невозможно. Её мысли вернулись к консилиуму: вдова была рада, что врачи не обнаружили у неё ничего серёзного, ведь она ещё была нужна своим детям, особенно дочери. Если бы только не бессонница…Королева-мать подумала о «зёрнах», которые вчера всё-таки прислал ей Валло. Врачи говорили, что опиум очень полезен для сердца и нервов. Спустя некоторое время Генриетта Мария разбудила даму, спавшую в её комнате, и попросила передать Дюкену, что готова принять новое лекарство. Когда ей принесли «зёрна» в яичном белке, она, преодолев отвращение, проглотила их. Тем временем Дюкен опустился в кресло возле второй кровати, собираясь оставаться там, пока его госпожа не уснёт. Впрочем, как и обещал Валло, ему не пришлось долго ждать. -Вскоре она заснула, - написал позже граф Сент-Олбанс Карлу II, - и, он, сидя рядом с ней, видя, что она слишком крепко спит, а её пульс участился, попытался всеми доступными средствами разбудить её и привести в чувство, но не смог добиться ни того, ни другого…Таким образом, она продержалась до трёх или более часов, а затем умерла. Одна из придворных дам поспешила позвать священников и других врачей. -Мы пришли первыми, - говорит отец Киприан, - вскоре за нами последовали врачи. Перебивая друг друга, они попытались заговорить с Генриеттой Марией: -Мы умоляли её подать какой-нибудь знак, что она нас слышит. Но ответа не последовало. Тем не менее, врачи считали, что королева-мать ещё жива и вскоре придёт в сознание. Увы, этого не произошло: доза опиума, принятая вдовой, оказалась смертельной. Современники возлагали вину за её смерть на королевского врача Валло. В шесть часов утра 10 сентября 1669 года к дверям замка Коломб с грохотом подъехала карета, потревожив Сент-Олбанса, разбиравшего бумаги своей госпожи. Оказалось, что этим ранним гостем был Монсеньор, который был глубоко взволнован тем, что прибыл слишком поздно: его любимая тёща мирно скончалась в три или четыре часа утра. Узнав, что мажордом не смог найти завещания вдовы, герцог Орлеанский сообщил, что имел в Сен-Жермене разговор с королём, своим братом: -Его Величество сказал, что пришлёт несколько офицеров забрать имущество покойной королевы Англии. Филипп знал, что согласно французским законам, при отсутствии завещания наследство получали те из детей покойного, которые проживали в стране. Поэтому полагал, что его жена является единственной законной наследницей Генриетты Марии. |