Книга Уроки для графа, страница 96 – Валери Боумен

Дэвид попросил Беллингема принять его, и тем же утром, опускаясь в огромное кресло в кабинете Белла, сказал:

— Не буду возражать, если пришлешь мне вызов. Хотя, должен сказать, хорошая драка была бы более уместна, как в Брайтоне. Может, нам не стоит заниматься этой чушью — вызывать на дуэль: слишком уж претенциозно. Если хочешь, встретимся на лужайке, и ты надаешь мне тумаков. Я с радостью…

— Вызвать тебя? Ради чего? — Белл пил чай, словно это было дружеское послеобеденное чаепитие в саду, а не центр жуткой катастрофы.

Дэвид вытаращил глаза и уставился на маркиза, как на умалишенного.

— Я уничтожил репутацию твоей сестры. Не забыл?

Откинувшись в кресле, Белл рассмеялся.

— Ничего ты не уничтожил: ты на ней женишься. Матушка просто дрожит от счастья, кстати.

Прикончив остатки бренди в бокале, который держал в руках, Дэвид прошел к буфету и налил еще.

— Хорошо, что хоть один человек счастлив в этой ситуации. Только Аннабел — нет.

Белл нахмурился:

— Кто внушил тебе такую чушь? Я полагал, что сестра неравнодушна к тебе, иначе она не позволила себе то… гм… что позволила, из-за чего возникла необходимость в свадьбе.

Дэвид тряхнул головой:

— Неравнодушна — возможно, но чтобы выйти замуж — никогда.

Белл покачал головой:

— Не понимаю.

— Между нами, я тоже не понимаю. Тебя не удивляло, что твоя сестра отвергает все предложения о замужестве?

— Удивляло, конечно, но, по словам Аннабел, она просто не встретила того, с кем захотела бы прожить до конца дней.

— Не уверен, что такой существует, — заметил Дэвид.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Она как-то обмолвилась, что ее абсолютно не интересует замужество. В ее планы не входил ни Мердок, ни кто-либо еще. Так с какой стати ей выходить за меня? Аннабел вообще против института брака.

Белл пощипал нижнюю губу:

— Она сама говорила тебе об этом?

— И весьма многословно, — отодвинув бокал, Дэвид повернулся лицом к другу. До этого момента он был почти уверен, что именно Белл сможет прояснить ситуацию. — Позапрошлой ночью, когда мы… были с Аннабел вдвоем, я слишком активно жестикулировал, а она вдруг упала на пол и сжалась в комок. Почему, Белл? На нее кто-то поднимал руку?

Дэвид никогда не видел, чтобы маркиз Беллингем терял дар речи и внезапно бледнел, и уж тем более не слышал, чтобы воздух с таким трудом вырывался из его легких. А тут все случилось одновременно, и волосы у него поднялись дыбом на макушке.

Дэвид почувствовал приближение паники и, затаив дыхание, посмотрел на маркиза:

— Пожалуйста, скажи, что нет.

— Нет, — наконец выдавил Белл, но в лице его по-прежнему не было ни кровинки. Он смотрел прямо перед собой, в стену, содрогаясь, словно увидел привидение. — По крайней мере, не при мне, но…

Дэвид выпрямился в своем кресле и чуть наклонился к Беллу:

— Но что? В чем дело? Почему она так боится мужчин?

Поставив локти на край стола, Белл уткнулся лицом в ладони и набрал полные легкие воздуха:

— Господи, Элмвуд! Как я мог быть настолько тупым все эти годы?

— Что? Да говори же, наконец! — вспылил Дэвид.

— Наш отец… — Белл поднял голову и уставился в пространство. — Мерзавец напивался до бесчувствия и превращался в чудовище: бил маму и… бывало… что и меня.

Дэвид проглотил комок в горле:

— И Аннабел все это видела?