Книга Прелестная наездница, страница 88 – Валери Боумен

Нужно взять себя в руки и хорошенько поразмыслить. Они с Эваном провели чудесную брачную ночь, незабываемую, но нельзя позволять себе думать, что так будет всегда. Они заключили брак не по любви, и об этом нужно всегда помнить. Сегодня же она приступит к своим обязанностям виконтессы — такова теперь ее роль, этому ее учили. Томиться от любви, пребывать в готовности прыгнуть в постель в ту же секунду, как муж поманит пальцем, в ее планы решительно не входило.

Надо успокоиться и решить, что делать дальше. Сначала она подольше полежит в горячей ванне, затем поспит, а потом выпьет чаю с Филиппом.

Эван зевнул, потянулся и, перекатившись на кровати на бок, протянул руку, нащупывая мягкое нежное тело жены. Похлопав по холодным простыням и сообразив, что никого там нет, он сел и потер глаза.

Утренний свет лился сквозь неплотно задернутые шторы. Он был в спальне один. Тея ушла. Эван вздохнул и коротко выругался.

Неужели она сожалеет о том, что между ними произошло? Или просто предпочла не видеть его утром? Так или иначе, ему не понравилось просыпаться без нее. Несмотря на вынужденный брак, Эван не мог отрицать, что между ними существует сильное притяжение. Ночью они занимались любовью с таким неистовством, что сомнений не было: ей нравилось. Все пошло не так, как он ожидал, но оказалось лучше, чем в самых необузданных фантазиях и мечтах.

Эван откинул одеяло, выбрался из постели и, не утруждаясь звонком лакею, что-то на себя накинув, отправился к Филиппу. Несмотря на ранний час, ему требовалось выпить и получить совет. Именно в таком порядке.

* * *

Как оказалось, Филипп не был настроен на выпивку до полудня в отличие от Эвана, зато с готовностью согласился составить ему компанию и выслушать. Эван налил себе бренди, а Филипп поднял руку с воображаемым бокалом:

— Мои поздравления, Клейтон.

Эван отсалютовал собственным и, сделав глоток, буркнул:

— Спасибо.

Филипп выгнул бровь.

— Извини за прямоту, но ты выглядишь несколько… потерянным для счастливого молодожена.

Эван взглянул на свое помятое одеяние, потер отросшую щетину и проворчал:

— Да какая разница?

— Что, уже проблемы, Клейтон?

Эван пожал плечами и ткнул языком в щеку.

— Да не особенные, если не считать проблемой то, что жена тебя ненавидит. Брови Филиппа сошлись на переносице.

— С чего, черт возьми, ты это взял?

Эван выдохнул.

— Я разрушил ее жизнь. Разве такое не может вызвать ненависть?

— И как именно, позволь спросить?

Эван опять поднял бокал и уставился на янтарную жидкость.

— Тея ясно дала понять, что не желает выходить за меня, а я, вместо того чтобы принять ее «нет», явился на рождественский бал и скомпрометировал ее перед самой главной сплетницей в нашей округе. Ей пришлось дать согласие на брак.

Филипп скептически посмотрел на друга.

— Ты сам-то себе веришь, Клейтон?

Эван пожал плечами.

— Я ее поцеловал.

Филипп хмыкнул.

— Да, и полагаю, она тебе пылко отвечала, если вы продолжали целоваться, когда главная сплетница округи вошла в комнату.

Эван ущипнул себя за переносицу.

— Да, но если бы я не пошел за Теей в гостиную, то…

— А если бы Наполеон не был лошадиной задницей, мы бы не воевали. Все случается не просто так, Клейтон. И лично мне кажется, что вы двое просто не могли оторваться друг от друга, а это кое о чем говорит.