Книга На сердце без тебя метель..., страница 328 – Марина Струк

— Нет, mon ange. Верно, задержали при дворе, ужин императорский в честь замирения с Турцией все откладывают.

— А славно меня ваша маменька, mon ange, прямо перед войной из гвардии выпросила. Прогадала, ой прогадала. Оставила б в полку — мне бы прямая дорога в Валахию, как брату. И кто ведает, что б тогда сталось? Вон сколько полегло там… Как там у Вольтера? Tout est pour le mieux dans le meilleur des mondes possibles^[304].

— Пойдемте спать, Жорж. В передней совсем не топлено. Не хватало еще простуду подхватить, у вас ведь…

Что не так было с Григорием Александровичем, Лиза слушать не стала — ушла в комнату, напомнив себе, что грешно вот так подслушивать чужие разговоры.

И несмотря на то, что некоторые из пророчеств графини Щербатской сбылись, Наталья не казалась недовольной своим супружеством. Играл Григорий Александрович, придерживаясь определенных рамок, не чаще двух вечеров в неделю. А отдавался во власть Бахуса и того меньше — исключительно после проигрышей, коих набиралось два-три в месяц. Средств и без проигрышей всегда не хватало — ни жалованья, ни столовых, ни квартирных, которые платились раз в год. Наталья совсем не умела вести хозяйство, как смеясь с легкой грустинкой в голосе, признавалась Лизе.

— Вы были посланы мне свыше, не иначе! — радостно восклицала она, когда Лиза указала ей на недочеты в расходной книге. — На меня всегда наводят тоску разговоры о ценах и провизии. А понимание того, как быстро тают средства, и вовсе портит настроение на полдня. Я пытаюсь экономить, да не выходит. Вы всенепременно должны пойти со мной за покупками в Гостиный. Тем паче в воскресенье мы ждем к обеду приятелей Жоржа. И Никита Александрович, может статься, прибудет из Петербурга.

— Вы считаете, благоразумно мне выходить нынче? — Лиза невольно похолодела от страха. — Гостиный двор всегда полон… И этот обед…

— Ах, перестаньте! Вам давно пора выпорхнуть из клетки, в которую вы сами себя заперли. Courage, Lisette! Да и потом, мы отправимся в Гостиный поутру, чтобы купить у торговцев все наисвежайшее. А вы ведь знаете, когда начинает день окружение ее сиятельства. Нет-нет! Я вам не позволю всю жизнь провести украдкой! Довольно того, что и так затворились тут почти на две недели. Скоро Филиппов^[305] начнется, а мы так никуда и не выходили.

На следующий день мадам Дулова повезла Лизу в Гостиный двор, где с явным удовольствием водила свою новую компаньонку от лавки к лавке, делая покупки. Несмотря на заверения Натальи о невозможности встретить знакомых в столь ранний час, они все же столкнулись с дамами, известными Лизе по прежней жизни. Некоторые из них сделали вид, что не знакомы, остальные же, кто с прохладной вежливостью, кто более сердечно, раскланивались с Натальей, а заодно и с Лизой.

— Не берите в голову, — предупредила Натали, когда мимо в сопровождении пары лакеев проследовала знакомая обеим молодая княгиня, скользнув по ним деланно невидящим взглядом. — Тут нет вашей вины. Повторюсь, ее сиятельство скрыла все обстоятельства вашего исчезновения. Посему за нами лишь шлейф от моей истории. Это вам нынче следует хорошенько подумать, стоит ли идти со мной об руку.

В Гостином дворе продавалось многое, даже провизия, за исключением мяса и рыбы, за которыми поехали на Сенной рынок. Там-то Лиза и поняла, отчего в доме Дуловых долго не хранятся припасы. Наталья приобретала продукты, даже не глядя на то, что приказчики заворачивали в бумагу или клали в корзину, подставленную лакеем.