Книга Наследница в алых шелках, страница 130 – Мэдлин Хантер

Все сводилось к тому, чему она поверит. Во что она поверит. Примет ли она того человека, которым он ей кажется, которого она так хорошо узнала.

Розамунда понадеялась, что здравый смысл ей не изменил, как в случае с Чарлзом.

— Хотела лишь с просить, по-прежнему ли ты думаешь, что этот брак по расчету – хорошая затея.

Он взял ее ладонь и склонился над нею, чтобы поцеловать.

— Я думаю, это великолепная затея.

— Тогда нужно воплотить ее в жизнь, прежде чем один из нас поймет, что мы оба сумасшедшие.

Они поженились неделю спустя, проведя тихую церемонию венчания в церкви Святого Георгия. Розамунда была в кремовом платье, которое заказала по возвращении из Парижа.

Гостей было очень немного. Пришли Минерва, Чейз и Холлинбург, а еще – камеристка Розамунды Дженни. Больше из родных Кевина никого не было, даже его отец не появился.

После принесения обетов Розамунда повернулась и увидела у самого входа в церковь Беатрис. Она переживала, что подруге не понравится ее замужество, но Беатрис легонько помахала рукой и улыбнулась, после чего сразу же выскользнула из храма. Розамунда гадала, заметил ли ее Кевин.

Единственное, о чем она жалела – это о том, что рядом не было Лили. Однако она известила сестру о свадьбе и получила ответ, где та выражала свою радость за нее. Лили, наверное, испытала облегчение от того, что ее старшая сестра все-таки не стала падшей женщиной.

Минерва устроила у себя в саду небольшой праздничный завтрак. Погода стояла прекрасная, и за столом произносилось множество здравиц и пожеланий счастья. Наконец молодожены уехали к Розамунде домой, чтобы начать избранную ими семейную жизнь.

Она была у себя в спальне, когда вошел Кевин. Дженни сразу же вышла.

Он заключил ее в объятия и поцеловал гораздо крепче, чем на церемонии.

— Вот мы и дома.

— Для тебя это странно? Для меня да.

— В высшей степени странно. Вечность – это очень долго.

— Во время церемонии я думала о том же.

Чуть раньше Дженни уже начала раздевать хозяйку. Теперь Кевин развернул ее спиной к себе, чтобы завершить начатое, и стал расстегивать платье.

— В церкви я видел одну из женщин из дома миссис Дарлинг. Ты ее приглашала?

— Она бы никогда не пришла без приглашения. – Розамунда вдруг поняла, зачем он спрашивает. – Она была там не из-за тебя, если ты переживаешь.

Его пальцы замерли у нее на спине, затем двинулись дальше.

— Выходит, ты об этом знаешь.

— Знаю. Мы с ней все так же дружим.

— Я думал, что они просто покупают у тебя шляпки.

— Она очень хорошо ко мне относилась, когда я там работала. В то время она была, наверное, моей единственной подругой во всем Лондоне.

— Хочу, чтобы ты знала: я не стану больше с ней встречаться. Даже если я однажды и нарушу данное тебе обещание, то не с ней.

Он опустил платье вниз. Она переступила через кольцо материи и повернулась к нему.

— Я знаю. Она бы тебя не приняла, даже если бы ты туда отправился. Может, она и шлюха, но она понимает, что такое дружба. – Розамунда поглядела на его пальцы, распускавшие шнуровку корсета. – Но она очень лестно о тебе отзывалась. Сказала, ты знаешь, что делаешь.

Он улыбнулся ей очаровательной полуулыбкой.

— Правда? Как щедро с ее стороны.

— Хотя я, конечно, и так уже это знала.

— Вообще-то, ты и половины не знаешь, дорогая. – Корсет упал на пол.