Книга На осколках разбитых надежд, страница 163 – Марина Струк

— Что ты делал тогда у озера? Не говори, что гулял — было слишком рано для прогулок.

— А что делала там ты? — усмехнулся поляк в ответ, только на секунду поднимая взгляд от мотора. — Только не говори, что плавала — слишком холодно для этого.

Лена усмехнулась в ответ на иронию, прозвучавшую в голосе Войтека, но оставлять его в покое не спешила. Села на ящик неподалеку и наблюдала пристально за его работой, зная, что рано или поздно он обратит на нее внимание. Так и вышло. Спустя некоторое время поляк сдался, оторвался от ремонта и, вытирая руки тряпкой, подошел к Лене.

— Иоганн приказал следить за твоей комнатой, я и сидел в коридоре. Задремал только под утро, а очнулся — дверь в твою спальню открыта. Увидел только белый силуэт вдалеке в парке через окно, вот и побежал следом.

— Иоганн приказал? Почему? — удивилась Лена.

— Спроси у него. Немец и так сам не свой, что ты не разговариваешь с ним уже две недели. Глядишь, еще концы отдаст от волнений.

— Ты видел там птицу? На озере? — решилась задать Лена до сих пор волновавший ее вопрос. Но Войтек только посмотрел на нее удивленно и снова вернулся к ремонту автомобиля. И Лена задумалась снова, не привиделась ли птица тогда. Ей всегда говорили, что существует только материальное, и что верить можно только в то, чему есть неопровержимые доказательства. И это странное появление хищной птицы над озером…

Фалько…

— Почему вы спросили Войтеку следить за мной? — не стала в тот же вечер ходить вокруг да около Лена в разговоре с Иоганном. Тот, обрадованный, что она наконец-то заговорила с ним, помимо односложных ответов на его вопросы, не стал скрывать того, о чем Лена уже начинала догадываться.

— Это была мысль Фалько, не моя. Мне бы и в голову не пришло. Понимаешь, он был так потрясен одним случаем… Одна девочка, остарбайтер, кажется, работавшая на ферме у Шваббе, не выдержала тяжести труда и разлуки с домом. Она повесилась в амбаре. Ей было всего пятнадцать лет.

Наверное, потрясение, которое испытала Лена в тот момент, отразилось на ее лице, потому что Иоганн несмело потянулся в ее сторону, чтобы коснуться кончиков ее пальцев. Она кивнула в ответ, мол, она в порядке.

— Ритци каким-то образом оказался на ферме у Шваббе в тот день. Он и нашел… — Иоганн на мгновение умолк, словно и ему самому тяжело было говорить об этом. — Это было так ужасно, что он все никак не мог успокоиться, был так зол, когда вернулся… Я сразу понял, что это плохой знак. Недаром он получил в тот же вечер вызов из отпуска.

— Бедная девочка, — прошептала Лена. Она даже не знала имени несчастной, только сейчас пришло в голову. — Ее родным сообщили? Где ее похоронили?

— Я не знаю, Воробушек, — честно ответил Иоганн. — Рихард рассказал мне обо всем этом вкратце, торопился уезжать. Просил меня присмотреть за нашими русскими работницами. А еще просил не рассказывать тебе об этом. Поэтому я надеюсь, что это останется между нами, Воробушек. Другим девочкам тоже не стоит об этом знать, хорошо? Не будем их тревожить.

Нет уж, Лена не собиралась молчать о смерти той несчастной, которую девушкам довелось увидеть на ферме Шваббе этим летом. Это будет еще одним свидетельством жестокости и бессердечия немцев. Но говорить об этом с Рихардом ей точно не хотелось. Как и вспоминать, что он точно такой же немец, как и другие, которые окружали Лену сейчас.