Книга Таинственный незнакомец, страница 8 – Лиза Клейпас

— Тогда я предпочту, чтобы вы шли рядом. – Она протянула руку. – Мой скальпель, пожалуйста.

Рэнсом вытащил из-за голенища сапога маленький, чисто вытертый инструмент и, с восхищением разглядывая лезвие вытянутой формы, произнес:

— Прекрасная вещь! Острый как сам дьявол. Вы точите его с маслом?

— С алмазной пастой. – Убрав скальпель, Гаррет подняла с земли саквояж, а в другую руку взяла трость.

— Позвольте мне, – проворчал Рэнсом, пытаясь забрать у нее тяжелую сумку.

— Я сама могу нести ее, – возразила Гаррет, еще крепче вцепившись в кожаные ручки.

— Не сомневаюсь. Я предлагаю это в знак уважения к даме, а не потому, что сомневаюсь в ваших возможностях.

— Интересно, вы сделали бы такое предложение доктору-мужчине?

— Нет, конечно.

— Я предпочла бы, чтобы вы относились ко мне как к доктору, а не как к леди.

— Почему нужно отделять одно от другого? – совершенно естественно удивился Рэнсом. – Для меня не составляет труда помочь нести сумку даме и одновременно уважать ее за профессиональные знания.

С этим было трудно спорить, но что-то в его взгляде нервировало Гаррет. И пока она стояла в нерешительности, Рэнсом протянул к ней руку и сказал тихо, но настойчиво:

— Пожалуйста.

— Благодарю, но я сама, – отказалась она и двинулась вперед, в сторону оживленной улицы.

Рэнсом пошел за ней, отстав на шаг и засунув руки в карманы.

— Где вы научились так метать ножи?

— В Сорбонне. Несколько студентов-медиков образовали группу и развлекались этим после занятий, исключительно чтобы поразить друг друга. Они соорудили мишень за лабораторным корпусом. – Гаррет помолчала, а потом призналась: – У меня никогда не получалось метать нож с ладони вверх.

— Сколько вы пробыли во Франции?

— Четыре с половиной года.

— Молоденькая девушка посещает лучшую в мире медицинскую школу, – задумчиво произнес Рэнсом. – Далеко от дома, с преподаванием на чужом языке. Вы отважная женщина, доктор.

— У нас ведь женщин не принимали в медицинские школы, – рассудительно заметила Гаррет. – У меня не было выбора.

— Можно было бы сдаться.

— Такой вариант не рассматривался, – возразила она, и Рэнсом улыбнулся.

Они миновали мрачное здание, разбитые витрины которого были заклеены бумагой. Рэнсом потянулся к Гаррет, чтобы помочь ей обойти груду мусора, и она рефлекторно съежилась от легкого касания его руки.

— Вы можете не бояться моих прикосновений, – сказал Рэнсом. – Я лишь хочу помочь вам добраться до дома.

— Это не страх, – робко заметила Гаррет, поколебавшись с признанием. – Мне кажется, что стремление к независимости глубоко въелось в мою кожу.

Они двинулись дальше по тротуару, но прежде Гаррет перехватила его короткий выразительный взгляд, брошенный на докторский саквояж, и хмыкнула:

— Я позволю вам понести сумку, если вы заговорите со мной на своем родном языке.

Рэнсом резко остановился и с удивлением воззрился на нее так, что между темными бровями обозначилась морщина.

— Где я прокололся?

— Я уловила отголоски ирландского акцента, когда вы стали угрожать одному из солдат. А еще то, как вы прикасаетесь к головному убору… У вас это получается медленнее, чем у англичан.

— Мои родители были ирландцами, а вырос я здесь, в Клеркенуэлле, – буднично произнес Рэнсом. – Я этого не стыжусь. Но иногда акцент мешает. – Когда он заговорил на ирландском наречии, голос его изменился, зазвучал гортанно и еще более низко, лицо осветила улыбка. Детектива как будто подогревал изнутри медленный огонь. – А теперь, возлюбленная моя, что ты мне поведаешь?