Книга Таинственный незнакомец, страница 43 – Лиза Клейпас

Не в силах поднять ей настроение, Этан время от времени исподтишка бросал на нее косые взгляды. После того как он отказался отвечать на вопрос о приеме в ратуше, Гаррет затихла, и ему показалось, что она начала понимать, какой отвратительный у него характер. Вот и прекрасно! С этого момента ей захочется, чтобы он держался от нее подальше.

Если этим вечером что-то и стало ясно, так только то, что Гаррет представляла для него огромную опасность. Рядом с ней он был сам не свой… Впрочем, возможно, проблема заключалась в том, что рядом с ней он как раз был самим собой. В любом случае из-за нее он станет непригодным для своей работы, и это как раз тогда, когда ему больше всего требовалось сохранять хладнокровие.

«Секрет самосохранения заключается в том, чтобы наплевать на все!» – сказал ему как-то Уильям Гэмбл, еще один агент из команды Дженкина.

И ведь правда! Если человек начнет переживать или заботиться о ком-то, это становится для него большой помехой. Для Этана, во всяком случае пока, это не представляло проблемы, потому что он философски относился к своему будущему: если его песенка спета – значит, спета, – но в последнее время так необходимые спокойствие и хладнокровие стали ему изменять.

Рэнсом начал замечать за собой, что хочет добиться того, чего хотеть не следовало. Например, сегодня вечером он вел себя как лунатик, потерявший голову от любви: флиртовал с Гаррет Гибсон, вертелся возле нее, как хорошо натасканный дог, стоило ей лишь свиснуть, вышел с ней на люди… Занимаясь подобными вещами, он терял остатки разума.

Но какой мужчина смог бы сохранить ясный ум рядом с такой женщиной? Гаррет очаровала его, как будто произнесла заклинание на майской заре. Респектабельная и губительная, опытная и невинная… Услышав от нее слова «непроизвольная эрекция», сказанные ясно и четко, как подобает леди, Этан пережил свой главный момент этого года.

Он так хотел ее, что сердце оказалось на распутье. При одной мысли, как эта женщина распластается под ним, Рэнсома охватывала дрожь. Гаррет изо всех сил постарается не уронить своего достоинства, даже когда он займется ею, потихоньку, шаг за шагом, целуя сначала мягкие ямочки под коленями, потом…

«Хватит! – одернул себя Этан. – Гаррет не моя. И никогда не будет принадлежать мне».

Наконец они добрались до квартала домов, выстроенных в георгианском стиле и предназначенных для людей среднего достатка. С грохотом и звоном кеб остановился напротив дома из красного кирпича. В полуподвал, на цокольный этаж вели ступеньки, огороженные перилами, – это был отдельный вход для слуг и разносчиков. Один из верхних этажей ярко светился огнями, из открытых окон доносились мужские голоса: трое… нет, четверо.

Подхватив сумку и трость, Этан вылез из экипажа и подал руку Гаррет. И хотя помощь ей не требовалась, она приняла руку и спустилась на тротуар с ловкостью, которой не мог помешать даже корсет.

— Подожди здесь, – приказал Рэнсом кучеру. – Я провожу леди до двери.

— За ожидание дополнительная плата, – предупредил тот, и Этан ответил ему коротким кивком.

Гаррет подняла на него глаза – ясные и серьезные. Такой взгляд действовал на Рэнсома в тысячу раз сильнее, чем любой призывный или соблазнительный взор.

— Вы зайдете со мной в дом, мистер Рэнсом?