Книга Невеста из империи Зла, страница 169 – Эльвира Барякина

Жека Пряницкий как всегда устроился лучше всех.

Началось все с девушки по имени Наташа. Жеке вообще нравились женщины из серии «Нам не к лицу отсутствие попы», а тут еще оказалось, что Наташина мама работает в уголовном розыске, а папа служит дальнобойщиком-международником.

Пряницкий понял, что ему обязательно надо быть вхожим в столь ценный дом. Он начал издалека: водил Наташу на выставки собак, читал ей стихотворения Пушкина, писал на асфальте многометровое: «Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ!»

Разумеется, барышня не смогла устоять перед подобным напором. «Я тебя тоже!» — шепнула она после того, как Жека подарил ей плюшевого зайца размером с хорошего кабанчика.

Но самым большим испытанием для Пряницкого стало приглашение на смотрины: мама–следователь наконец-то решила, что подобная страсть достойна вознаграждения, и позвала Жеку на чай.

Пряницкий был готов ко всему: что его будут спрашивать о серьезности намерений, о планах на будущее, о резус-факторе… Но разговор за столом неожиданно перешел на интеллектуальное наследие В.И. Ленина.

— Ну он же четко сказал в «Как нам реорганизовать Рабкрин», что это противоречит самой идее марксизма! — горячился Наташин папа.

Мама смотрела на него тяжелым милицейским взглядом.

— Абсолютно неправильный подход! Вспомни речь на Втором съезде!

И самое страшное, что в спорах принимала участие вся семья, включая старенькую бабушку, Наташу и ее младших сестер.

Жека был в шоке. В институте он исправно посещал лекции по истории КПСС, но ему и в голову не приходило, что подобная мура может на что-нибудь сгодиться.

Целую неделю Жека ходил в библиотеку и читал Ильича. К следующей встрече с Наташиными родителями он был подготовлен лучше любого инструктора по идеологической работе. «Ну спрашивайте! — думал Пряницкий. — Я вам такое выдам — своих не узнаете!»

Во время очередного чаепития Жека непринужденно пересказал «Государство и революцию», блеснул текстами приветственных телеграмм и, подглядев под столом в шпаргалку, перечислил Апрельские тезисы. Надо ли говорить, что Наташа и ее родители были сражены наповал?

«Вот ведь создал господь безумную семейку! — подумал Жека, направляясь в туалет. — Делать им, что ли, нечего, как классиков марксизма-ленинизма изучать?»

Включив свет, он заперся в санузле и тут застыл, открыв рот. Увлечение хозяев творчеством Ленина объяснялось довольно прозаично: на полочке над унитазом стояло полное собрание сочинений вождя, постепенно употребляемое по назначению. Оказалось, что дефицит туалетной бумаги сказывался даже на семьях дальнобойщиков.

Впрочем, бдения в библиотеке не пропали для Жеки даром: Наташин папаня, Денис Давыдович, высоко оценил его знания. Все без исключения дальнобойщики регулярно проходили проверку на благонадежность, поэтому у Давыдыча отработался условный рефлекс — вставать по стойке «смирно», заслышав хоть что-то, касающееся идеологии.

Жека сразу смекнул, что его призвание — автомобильные перевозки. Во-первых, зарплата высокая, во-вторых, почти неограниченные возможности в спекуляции. Но самое главное — дальнобойщики ездили в загранкомандировки.

Наташин папа был не просто водилой, но еще и начальником. И Жека тут же принялся подбивать к нему клинья. Подластиться к старику оказалось не так уж и сложно. Давыдыч всю жизнь мечтал о сыне, а жена, как на грех, рожала одних девок. Да плюс теща. Да плюс кот Барсик, который в конце концов оказался кошкой Барсихой. Так что погрязший в бабье Давыдыч обрадовался Жеке, как родному.