Книга Пересечение, страница 147 – София Санчес

— Это то да, токмо место своё всегда знала, — вздохнула Фрося. — Только как же мог Андрей Петрович похитить тебя? До сих пор верить не смею в это… Сердце от того не на месте. А ежели ещё чего учинит?

— Не волнуйся, родная, — Мари указала служанке, чтобы положила ей горячей еды, так в тарелке уже все осталось. — Со мной все было и будет все в порядке. А ты ешь, а иначе не выпущу из-за стола.

Мари подошла к няне и поцеловала в щеку, отчего та расплылась в улыбке и пообещала больше не говорить на эту тему, а сидеть рядом. Радостная Марьяна направилась в кабинет, где работал за кипой бумаг управляющий. Надобно было обсудить дела и предстоящую поездку в Протасовку, так как необходимо добраться до письма.

— Что ж Карл Филиппович, будем действовать плану, — сказала Мари.

— Именно, я уже всё просчитал, — заявил тот, отложив письма. — Протасов будет у Корсаковых, а нынче же я вскрою чулан да бумагу найду.

— Дай Бог, чтобы все у вас получилось. — Вздыхая сказала она

— Одно меня беспокоит — вы вновь встретитесь с князем, а меня не будет рядом, чтобы вас защитить, — размышлял немец, постукивая пальцем по столу.

— Обо мне не беспокойтесь, — заверила Марьяна, — уж я смогу дать отпор Протасову.

— Ежели что всегда рассчитываете на меня, я проучу этого князька, — произнес он полный решимости.

— На вас вся надежда, — улыбнулась Мари. — Пора мне заняться своим туалетом, вечером я хочу блистать.

Марьяна не один час провела в будуаре с камеристкой и в обществе Фроси, которая бесконечно восхищалось девушкой. Мари выбрала бирюзовое платье из муслина, как никогда подходящее под цвет зелёных глаз, с кружевной отделкой по бокам, а рукава фонарики игриво разместились на плечах, из украшений подошло изумрудное колье, а пальцы украшали несколько колец — подарки Николая Платоновича, которые Мари бережно хранила в шкатулке из малахита.

Собравшись она спустилась вниз, где её уже ожидала карета. Она чувствовала себя принцессой, той что собирается на бал — ранее она никогда не присутствовала на подобных раутах. Праздная жизнь была не для неё, так же жила Анна Степановна и Николай Платонович, а она переняла их размеренный образ жизни.

В вестибюле её провожала Фрося и Карл Филиппович, каждый по своему хотел пожелать ей удачи.

— Марьянушка, какая же ты у меня красавица, глаз не отвесть, — радовалась та, обнимая Мари.

— Храни тебя Бог, родная моя, — целуя няню в щеку, произнесла она.

До кареты её провожал управляющий.

— Как только вы уедете — я сразу в Протасовку, — заявил тот.

— Очень хорошо, Карл Филиппович, — кивнула она, — постарайтесь найти письмо.

Оказавшись у парадного Марьяна увидела экипаж с гербом Протасова, а чуть дальше — герб Королёва. Подумав, что все уже в сборе и вероятно никто не ожидает её увидеть, Мари поспешила, дабы появится внезапно — блестящая идея. В доме лакей проводил её в большую гостиную, где гости и приглашённые вели неспешные беседы за бокалом шампанского.

Возле клавикордов она заметила Королёва вместе хозяином дома, чуть дальше у окна стоял Протасов в обществе Сарасовых. Какое то время она стояла и наблюдала за происходящим, пока к ней не подошла графиня Корсакова и расплылась в радужной улыбке.

— Марьяна Васильевна, — приветствовала та взяв её за руку, — я уж думала вы не появитесь.