Книга Карл Любезный, страница 69 – Владимир Москалев

— Вот мы и встретились с вами вновь, сир де Вержи, — произнесла она. — Недавно вы спасли мне жизнь, а еще раньше того — моему брату. Помогите же в этот раз спасти королевство, мою честь и жизнь дофина, в самом скором времени короля Франции.

Этьен схватил руку Анны (хотя это запрещалось этикетом) и страстно припал к ней губами:

— Распоряжайтесь мною, мадам! Однако должен сказать, что я всего лишь лейтенант.

Она мягко, словно нехотя, высвободила руку:

— С этой минуты вы капитан. Юный король и регентша Франции даруют вам это звание.

— Поздравляю, Этьен! — воскликнул Рибейрак. — Возьми меня к себе в помощники. Клянусь вратами ада, герцогу не удастся войти в город и взять замок!

Анна повернулась к обер-гофмейстеру:

— Мелен, возьмите с собой несколько человек, по выбору, и подтвердите солдатам полномочия сира де Вержи, отныне коменданта замка Амбуаз. С вами пойдет дофин. И, не теряя времени, шлите вестового в город — пусть запрут ворота и будут готовы к обороне.

— Все будет исполнено, мадам.

Все вышли. В покоях осталась только Катрин.

— Ну как, убедилась, каков он, твой красавчик?

Анна упала в кресло:

— Бог мой, я никак не ожидала…

— Подожди, он еще не такое коленце выкинет, особенно после того как от него уплывет регентство.

— Думаешь, Штаты вынесут решение в мою пользу? Что как наоборот?

— Анна, честное слово, мне обидно, до чего ты не ценишь своих друзей, которые уже предприняли кое-какие шаги в этом направлении. Начну с себя. Из двух врачей, которым предстоит выступить на заседании по поводу последней воли умирающего короля, один убежден, что твой отец был в это время в твердой памяти и ясном сознании; другой же до известного времени высказывал в связи с этим сомнения…

— А теперь?

— Как-то вечером мы с ним нашли укромное местечко в одной из ниш, и я позволила ему целовать и ласкать себя сколько угодно, уверив его, что это лишь задаток; вторую половину долга я обязуюсь выплатить позднее, после его выступления на заседании.

— Что же понимается под этим окончательным расчетом? — игриво улыбаясь, пожелала уточнить дочь короля.

— Я пообещала переспать с ним, но потребовала вначале, чтобы он отрекся от своих заблуждений и поклялся перед образом Богоматери, что король был в здравом уме. Именно так они оба и заявят во всеуслышание. Этот медик, кстати говоря, был в восторге от нашей теплой встречи: ему вздумалось вести счет своим победам над женщинами. Увы, он пока невелик: ему удалось досчитать только до двух.

Впервые за последние несколько месяцев Анна от души рассмеялась:

— Катрин, ты неисправима! Но, ей-богу, ты лучшая подруга, какую только можно пожелать. Однако ты говорила о друзьях. Кто же еще изъявил желание мне помочь?

— Мой друг, а теперь и твой тоже — шевалье де Рибейрак. Вообрази, у него оказались друзья среди тех, кто будет представлять на заседании Штатов второе сословие. Надеюсь, ты понимаешь, в чью защиту подадут голос эти сеньоры?

— Неплохо, Катрин; но это, догадываюсь, не все? Может быть, ты хочешь уверить меня, что и сир де Вержи…

— Именно! Третье сословие, как тебе известно, будут представлять старшины городских кварталов, члены магистрата, главы городских цехов ткачей, оружейников, кондитеров и прочих. Так вот, Этьену де Вержи однажды выпал случай спасти девочку, упавшую с моста в реку. Это случилось в Париже, около трех лет назад. Я возвращалась из аббатства Сен-Жермен вместе с Николь де Водемон. Едва мы оказались напротив того места, где сгорели недавно три дома, как увидели, что опрокинулась телега с каким-то добром, ехавшая навстречу со стороны Шатле. Видно, лошадь попала копытом туда, где прогорели доски на мосту, и повалилась набок, потащив за собою и телегу. Девочка, которая сидела в ней, — ей лет восемь-девять, не больше, — не удержалась и полетела вниз. Возница растерялся, потом, опомнившись, побежал к набережной, должно быть, собираясь с берега лезть в воду. Но он не успел бы: девочка, побарахтавшись, уже пошла ко дну. Да, я тебе не сказала: нас сопровождал всадник. Увидев, что случилось, он мигом соскочил с коня и без раздумий прыгнул с моста. Мы вышли из кареты и стали наблюдать, что же будет дальше. С минуту или две наш кавалер то показывался на поверхности воды, то вновь исчезал в глубине. Наконец он вынырнул и поплыл к берегу; одной рукой он держал девочку. А отец — как оказалось, он и был возницей — только еще подбегал к набережной. Словом, малютку удалось спасти. Не догадываешься, кто этот всадник?